Полный годичный круг кратких поучений. Том II (апрель – июнь)

Протоиерей Григорий Дьяченко


Протоиерей Григорий Дьяченко

Полный годичный круг кратких поучений. Том II (апрель – июнь)

   © Издательство «Благовест» – текст, оформление, оригинал-макет, 2012

   Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

   

Месяц апрель

Первый день

Поучение 1-е. Преп. Мария Египетская

(Уроки из ее жизни)

   I. В молодости своей преп. Мария Египетская, память коей празднуется ныне, была весьма красива; но увы, эта райская красота довела ее в нашем греховном мире до края погибели. Будучи соблазнена одним молодым человеком, пятнадцати лет она потеряла драгоценное сокровище женщины – целомудрие – и пала в грех нецеломудрия. Чем дальше, тем глубже она погружалась в плотскую нечистоту. Так прожила она 17 лет!.. Находясь однажды при море, она увидела корабль, плывший в Иерусалим к празднику Воздвижения животворящего Креста Господня. Увидевши на корабле много молодых людей, она тотчас возжелала завлечь их в свои сети. Она упросила принять ее на корабль. И, о ужас! Невзирая на то, что корабль плыл в такое святое место, как Иерусалим, с Голгофой и гробом Господним, и к такому честному празднику, как Воздвижение Креста Господня, Мария совершала на корабле с молодыми людьми такие срамные дела, что надобно удивляться, как это море не расступилось и не поглотило корабль… Но какой грех может превзойти долготерпение и человеколюбие Божие! Из какого греха не силен Бог исторгнуть человека, если, несмотря на всю гнусность его, в глубине сердца его все-таки теплится еще искра умиления, доброты, любви!.. И Бог исторг Марию из ее греховной скверны.

   Прибывши в Иерусалим и увидевши, что весь народ направился к храму, Мария и сама пожелала отправиться в храм. Но лишь только она приблизилась к дверям храма, какая-то невидимая сила задержала ее. Сколько ни старалась и усиливалась она, но не могла войти во храм. Тогда-то впервые коснулась души ее божественная благодать. У пристыженной и посрамленной, у нее в первый раз заструились по лицу теплые, а потом и горячие слезы раскаяния и нескончаемой скорби. Поднявши вверх глаза, Мария невольно увидела на церковной стене икону Богоматери. Святой и кроткий лик Богоматери как бы призывал ее к Себе. Мария падает пред иконой на колени и со слезами на глазах восклицает: «Мати Божия! Тяжки грехи мои! Знаю, что мне место не в св. храме, а в аду! Но Ты, всеблагая, не презри моего первого раскаяния и помоги мне пред Богом, Сыном Твоим! Отныне я буду жить только для Него и для Тебя!»..

   Вставши от молитвы, Мария снова подошла к дверям храма. Прежняя невидимая сила не удерживала ее, к великой ее радости. Она свободно вошла в храм и поклонилась Честному Кресту Христову. Дух умиления и благодарности снова объял ее. Она снова возвращается пред икону Богоматери, дает здесь обет всегда принадлежать и служить единому Богу, и уходит в Иорданскую пустыню, где проводит в молитвах и подвигах 47 лет!.. 47 лет она не видала ни одного лица человеческого! 47 лет она кормилась лишь крупицами взятых с собою в пустыню нескольких хлебов и травами! 47 лет она не жила в доме, но под открытым небом, терпя солнечный жар, летний дождь и зимний холод!

   Нетрудно себе представить, чего стоило все это для ее тела, привыкшего ко всем утехам и сладостям. И каких-каких бед она ни вытерпела от страстей своих и от врага рода человеческого! Когда она ела крупицы своего хлеба, ей хотелось мяса и рыб, едомых ею в Египте, и вина, вкушаемого прежде. Когда она начинала молиться, ей приходили в голову срамные песни, которые она распевала когда-то. Страсти как бы огнем разжигали ее и влекли к прежней греховной жизни. Так прошло 16 лет. Но Мария боролась и устояла. Тогда тихий сладкий свет осиял ее душу, и великая тишина водворилась в ней на месте прежней бури. Враг рода человеческого был посрамлен и уже не смел приблизиться к ней. Вся душа и все тело ее очистились и освятились, и потому на ум ее не приходили более никакие дурные мысли, в сердце ее не появлялись никакие скверные желания. Подвизаясь далее еще 30 лет, Мария достигла такой святости и чудесности, что переходила реку Иордан как по суху, во время молитвы возносилась от земли на воздух, знала, что совершается вдали от нее, могла предсказывать будущее.

   Когда наступило время кончины ее, Мария возымела желание приобщиться Тела и Крови Христовой. Тогда Бог послал ей в пустыню некоего священника, именем Зосиму. Она упросила этого старца принести ей тело и кровь Христовы. Приобщившись св. Таин, Мария просила Зосиму прийти к ней чрез год. Пришедши чрез год, Зосима вдруг видит, что какой-то необычайный свет освещает одно место в пустыне. Приблизившись к этому месту, Зосима увидел так умершую Марию. Ангелы вознесли святую душу ее в небеса. Наплакавшись довольно и возблагодаривши Бога, удостоившего его видеть неизвестную ни одному человеку в мире святую и послужить ей, Зосима призадумался о том, чем бы ему вырыть могилу для погребения почившей. Тогда из пустыни выбежали два льва, которые своими когтями вырыли яму и снова убежали в пустыню. Снова возблагодаривши Бога, Зосима благоговейно отпел псалмы и другие священные песни, смиренно поднял святую и опустил в могилу…

   II. Сколь многому поучает нас рассказанная история!

   а) Из нее вы видите, что как бы глубоко ни погряз человек в греховной нечистоте, он никогда не должен отчаиваться, но всегда должен надеяться на обращение и лучшую жизнь.

   б) Из нее вы видите, что если человек будет всеми силами стараться и крепко верить в помощь Божию, то он может не только оставить путь греха, но даже достигнуть высокой степени святости.

   в) Из нее видите также, что хотя обращающемуся грешнику приходится терпеть много соблазнов и искушений, приходится выдерживать много борьбы с своими похотями и страстями, но если он победоносно снесет их, то, наконец, совершенное спокойствие наполнит его душу, и небесный свет осияет его внутреннее существо.

   г) Чем дальше, тем легче и сладостнее будет для него святая жизнь, пока, наконец, он не перейдет в жизнь загробную, где нет ни печали, ни воздыхания, но жизнь бесконечная.

   III. Молитвами преп. Марии Египетской да дарует нам Господь благодатную помощь Свою для вступления на путь истинного покаяния и да подкрепит Он нас, слабых и бедных грешников, Своим благодатным утешением на этом пути! (Прот. Гр. Дьяченко).

Поучение 2-е. Мария Египетская

(Образец покаяния)

   I. Кто не знает дивной жизни Марии Египетской? Кто не знает, в какую глубину зол она низошла, на какую высоту добродетелей потом взошла и как совершился этот поразительный переход? Не станем же рассказывать то, что известно, вероятно, всем, а изложим только, какие главные истины, относящиеся к подвигу покаяния, напоминает нам ее поучительная жизнь.

   II. а) Первая истина та, что покаяние для нас всегда возможно. Как бы велики и многочисленны ни были наши пороки, как бы ни долго уже мы служили беззаконию, как бы ни укоренились и ни застарели во зле, – мы всегда можем очувствоваться и обратиться к Богу с молитвой о помиловании. Семнадцать самых свежих и цветущих лет своей жизни Мария предавалась грехам нераскаянно. Имя Марии было покрыто всеобщим позором. Однако ж и эта, по-видимому, погибшая душа могла покаяться: отчего же не покаяться и нам? Может быть, наши грехи менее грехов Марии: тем легче для нас покаяние. А если даже не менее, если даже более? Мария пришла в себя и начала каяться, когда стремилась во храм, чтобы поклониться животворящему древу Креста Господня: св. Крест – этот якорь спасения для грешных – всегда с нами; Кровь Иисуса Христа, распятого на кресте, способна очистить нас от всякого греха (Ин. 2, 1). Воззовем только к Нему, подобно Марии, с живой верой в Его крестные заслуги и надеждой на Его милосердие.

   б) Вторая истина, какую внушает нам жизнь преп. Марии Египетской, та, что недостаточно только сознать свои грехи и показать сокрушение о них, недостаточно просить помилования от Бога и дать обет лучшей жизни, а надобно потом на самом деле исполнить этот обет, надобно решительно вступить в борьбу со всеми страстями и пороками, в которых мы раскаивались, и побеждать их; надобно стараться загладить прежние свои вины и благоугождать Богу противоположными добродетелями, скорбями и лишениями. После семнадцати лет порочной жизни Мария, решившись исправиться, немедленно удалилась в пустыню и там другие семнадцать лет неусыпно боролась с своими греховными вожделениями и помыслами, которые влекли ее на прежний путь, – боролась, как с лютыми зверьми, по ее собственному выражению, пока не одержала над ними совершенной победы. Затем еще тридцать лет провела в пустыне посреди всякого рода лишений и трудов, оплакивая свои прежние постыдные дела, измождая свою плоть воздержанием и постом, подвизаясь в непрестанном Богомыслии и молитве. Вот каково должно быть истинное покаяние, а не такое, каким оно большей частью является у нас! Ныне мы сокрушаемся о своих грехах, а через день или несколько дней снова принимаемся за те же дела. Кающиеся должны постоянно помнить слова св. Иоанна Предтечи: сотворите убо плод достоин покаяния (Мф. 3, 8), т. е. засвидетельствуйте истину вашего покаяния исправлением вашей жизни.

   в) Наконец, третья истина, внушаемая нам примером преп. Марии Египетской, состоит в том, чтобы мы, стараясь сами раскаяться во грехах и исправиться, пользовались вместе и богодарованными средствами для этой цели: таинствами покаяния и евхаристии – и пользовались как следует. Целые десятки лет Мария оплакивала в пустыне свои грехи и благоугождала Господу; многолетними подвигами совершенно преобразовала себя, взошла на высоту духовных совершенств, уподобилась ангелам. А между тем все еще чувствовала над собою тяжесть давно минувших своих беззаконий и молила Бога, чтобы Он удостоил ее облегчить совесть исповеданием своих грехов пред отцом духовным. И вот, по устроению Божию, приходит в пустыню, где подвизалась преподобная, великий авва Зосима… О, с какой подробностью исповедала она тогда пред ним свои грехи, как не щадила себя, как не устыдилась открыть ему все даже малейшие обстоятельства, увеличивавшие ее виновность! Получив разрешение от преподобного, она просила его придти к ней не прежде, как через год, с св. животворящими Тайнами, желая достойнее приготовиться к принятию их, и когда св. Тайны были принесены, она, после обычных молитв, с величайшим благоговением приобщилась этой божественной пище и питию.

   Если же такая высокая подвижница, столько лет каявшаяся пред Богом, сочла для себя нужным со всей подробностью исповедать свои грехи пред отцом духовным и со всем благоговением вкусить Тела и Крови Христовых: то тем ли более то и другое необходимо нам, грешным? Не Сам ли Спаситель сказал пастырям Церкви: имже отпустите грехи, отпустятся им: и имже держите, держатся (Ин. 20, 23)? Кому также неизвестны слова Спасителя, обращенные ко всем нам: аще не снесте Плоти Сына человеческого, ни пиете крове Его, живота не имате в себе (Ин. 6, 53).

   III. Напечатлеем же, братия, в сердцах наших все три истины, какие преподает нам ныне примером своим преподобная мать наша Мария, и позаботимся в ближайшем посту воспользоваться ими для нашего спасения. Аминь. (Извлечено в сокращении из слова Макария, епископа Тамбовского и Шацкого, т. II, стр. 284–290).

Поучение 3-е. Память преп. Марии Египетской

(Должно слушаться гласа благодати, зовущей ко спасению)

   I. Ныне празднуется память святой подвижницы Марии Египетской. Я надеюсь, нет ни одного из вас, братия, кто бы не знал жития сей дивной, и грехами и покаянием, жены. Нельзя читать, не краснея, где она повествует святому Зосиме, каким постыдным предавалась она удовольствиям, доколе не коснулась ее сердца благодать Божия; и потом нельзя читать без удивления и восхищения, как провела она следующие годы в пустыне Иорданской, и как нашел ее преподобный Зосима. По началу жизни – сосуд диавола, по концу жизни – сосуд Божий избранный!

   II. Столь важный пример полезно, братия, сохранить в нашей памяти, запечатлеть в нашем сердце. Видишь ли ты когда грешника? Не дерзай осуждать, помня обращение Марии. Впадаешь ли сам в беззаконие? Не отчаивайся, но обратись в сокрушении сердца ко Господу, помня обращение Марии. Провел ли ты большую часть жизни в беспечности и нерадении о душе своей? Воспомяни Марию, как поздно она образумилась, но, принявшись исправить себя и наказать за бывшие наслаждения, как многих она опередила! Она исполнила в себе слова Спасителевы к фарисеям: яко мытари и любодейцы предваряют вы в Царствии Божии (Мф. 21, 31).

   а) Особенно воспоминайте почаще ту важную минуту, когда коснулась Марии благодать Божия, когда зажглась первая искра в ее омраченной душе. Быть не может, чтоб иногда и нашей души та же благодать не касалась. Искупитель, привлекший Марию к Себе, и ныне тот же Бог любви, и ныне также жаждет спасения грешников, и ныне также ударяет в двери нашего сердца всеми случаями, пробудить нас способными. А мы, беспечные, или пропускаем без внимания эти прикосновения благодати, или на минуту трогаемся, и опять забываемся. Что же наконец последует, ежели продолжим нашу беспечность? Что сказал Иерусалиму, то скажет напоследок и душе нашей Господь: Иерусалиме, Иерусалиме, избивый пророки, и камением побиваяй посланныя к тебе: колькраты восхотех собрати чада твоя, якоже собирает кокош птенцы своя под криле, и не восхотесте? Се оставляется вам дом ваш пуст. Глаголю бо вам: яко не имате Мене видети отселе (Мф. 23, 37, 38).

   б) Страшен такой приговор, слушатели: но он совершается пред глазами нашими нередко. Нередко видим людей, коих звала благодать Божия, и – перестала, ибо не внимали ее призыванию. И кто же сии люди? Величайшие ли грешники? К изумлению то же совершается и в наше время, что было во дни Спасителя. Как тогда великие грешники притекали к Спасителю, – мытари, разбойники, блудники; но фарисеи, т. е. люди, наблюдавшие по наружности всю законность и приличие, – редко, весьма редко приходили в покаяние: так и ныне, если слушают слово Божие со вниманием и умилением, если примечают над собой действия Божии, – это большей частью те, которые вовлечены в грубые грехи; а фарисеи и люди, исполненные духовной гордости, даже и не думают, что им обращаться, что им каяться должно. Они точь-в-точь говорят, как тот евангельский фарисей: «В чем же нам каяться? Слава Богу, мы не грешники, не разбойники, не блудники, не хищники; а малых грехов Бог не взыщет; кто не грешен?» – Такие мысли, такие слова поистине, слушатели, ужаснее величайших грехов и преступлений. Человек создан для Бога, душа его должна быть храмом Божиим. Великий грешник, когда он раскаивается, горит всем сердцем и влечется всей силою ко Господу. Но холодность фарисейская никогда не разогревается, и для таких кажется все равно, есть ли Бог или нет. На языке их хотя и слышно имя Божие, но в сердце совсем нет Бога.

   III. Бог – велико имя! Он столь благ, что должно гореть к Нему любовью; Он столь грозен, что должно трепетать Его правосудия; Он столь близок к нашему сердцу, что должно непрестанно благоговеть пред лицем Его. Как же можно говорить о Нем и о себе так равнодушно? Кто ни тепл, ни хладен, тому рек Господь: имам изблевати тя. Братия! И любите Бога любовью Марии, и кайтесь ее покаянием. Мы все пред Богом непотребные грешники. Аминь. (Составлено по «Сборнику поучений на дни воскресные и праздники», изд. редакции «Воскресных чтений», т. I, 1853 г.).

Второй день

Преп. Тит чудотворец

(Есть ли теперь чудеса?)

   I. Блаженный и святой отец наш Тит, память коего совершается ныне, с раннего возраста возлюбил Христа и, ради Его оставя мир, поступил в иноки в Студийский монастырь. Всю жизнь провел он в трудах и молитве, отличаясь сильной верой, кротостью, любовью к ближним и милосердием. Господь в воздаяние за особенную его веру и благочестие сподобил верного Своего служителя даром чудотворения. Во время иконоборческой ереси он явил себя твердым и непоколебимым защитником истины и в мире отошел ко Господу (в IX в.).

   II. В день памяти преп. Тита, коего Св. Церковь наименовала чудотворцем, приличнее всего обратить ваше благочестивое внимание на размышление о чудесах, совершающихся в Церкви Христовой.

   а) Чудеса есть и всегда будут в Христовой Церкви. Чудо есть такое событие, которое не может быть совершено никакой силой человеческой, а только силой Божией: значит, пока не оскудела эта сила Божия, – а когда она оскудеть может? – до тех пор должны быть и чудеса.

   Чудеса служат средством к распространению и утверждению веры Христовой; но везде ли распространена, везде ли утверждена вера Христова? Нет, еще целые миллионы не ведают истинного Бога. Значит, чудеса и теперь должны быть, как средство к распространению и утверждению веры Христовой. Но не эта только цель чудес. Зачем, например, Иисус Христос воскресил сына вдовы наинской? Затем, что Он сжалился над бедной вдовою (Лк. 7, 13). Зачем, по слову Григория, неокесарийского чудотворца, гора сдвинулась с места своего? Затем, что она мешала ему устроить тут Церковь для верующих (Четьи Минеи 17 ноября). Зачем для праведной Елизаветы гора разверзлась по молитве ее? Затем, чтобы укрыть в своих недрах мать с младенцем Иоанном от преследования кровожадного Ирода (Четьи Минеи, 24 июня). Значит, чудеса бывают не для того только, чтобы распространять и утверждать веру Христову, а совершаются и вообще для блага и спасения людей, совершаются благостью всемогущего Бога для того, чтобы избавлять людей от разных бед и горестей по мере веры их и молитвы. Значит, пока благость Божия существует, – а когда она перестанет существовать? – Пока бедствия людей не прекратятся, пока будет еще оставаться на земле и вера и молитва, до тех пор должны быть и чудеса на земле.

   б) Посмотрите, далее, на наши явленные и чудотворные иконы. Не чудо ли это? Зачем стекаются туда целые тысячи, зачем целые сотни больных и увечных теснятся вокруг тех мест, которые ознаменованы чудотворными иконами? Не затем ли, что оттуда струятся токи исцелений для веры и молитвы? Посмотрите на св. нетленные мощи наших угодников Божиих… ужели это не чудо?

   А все наши св. таинства, – например, крещение, в котором человек, погружаясь телом в воду, омывается от грехов; таинство причащения, в котором хлеб и вино прелагаются в истинное Тело и в истинную Кровь Христову; таинство елеосвящения, в котором человек исцеляется не только от недугов духовных, но нередко и от болезней телесных?.. Ужели и это не чудо?

   Но вы хотели бы, кроме этих постоянных чудес, видеть все чудеса, о которых древность нам повествует; хотели бы, например, чтобы больные ваши исцелялись от одного слова какого-нибудь чудотворца; хотели бы, чтоб пред вашими глазами горы двигались, как сказал Спаситель, и как, по слову преп. Марка, гора действительно сдвинулась с места своего и двигалась дотоле, пока он не остановил ее… И чего бы вы не захотели от чудес? Но искать чудес без нужды – значит, искушать Господа, искушать так, как, например, искушал Его диавол, предлагавший Ему превратить камни в хлебы. И если бы мы действительно имели веру, как зерно горушно, как сказал Господь, Господь, без сомнения, творил бы для нас чудеса, когда была бы в них нужда, творил бы для нашего блага, а не для любопытства, как не переставал Он творить для истинно верующих.

   в) Истинно верующие и видят чудеса, и пользуются чудесами; а для неверующих или нет чудес, потому что они недостойны их, или если и есть, то они не видят их.

   Как так, скажете, чудеса есть, а их не видно? – Очень просто: солнце светит для всех, но слепые его не видят. Пересмотрите историю земной жизни Иисуса Христа: тут ли чудес не было? А все ли видели тогда чудеса? Если бы все видели, то, конечно, и не распяли бы Господа славы. А история христианских мучеников?.. Каких и тут не совершалось чудес! А все ли видели эти чудеса? Ах, если бы все видели, то кровь мученическая не проливалась бы так долго! Есть, конечно, немало есть и теперь подобных людей, и где верующие видят чудо, там они только глумятся над ними. Иной, например, с верою помазывает больного елеем от св. иконы, и вера низводит на него благодать Божию; больной выздоравливает и в слезах благодарности изливает душу свою пред Богом, а неверующий смеется над его простотою, почитая исцеление делом естественным.

   Вообще, случаев в жизни, где проявляется дивная, всемогущая сила Божия, очень, очень много, и теперь верующий, представив себе все подобные случаи, невольно изумится величию Божию, невольно скажет вместе с св. Даивдом: кто Бог велий, яко Бог наш? Ты еси Бог творяй чудеса (Пс. 76, 15).

   III. Боже великий и милосердый! Соделай наше каменное и неверующее сердце, не желающее видеть бесчисленных чудес Твоей премудрости и благости, плотяным и верующим, Тебя любящим и признающим Тебя, как Своего Отца, Творца и Промыслителя, неусыпно пекущегося о временном благоденствии и вечном спасении человека, созданного по Твоему образу и по подобию. Аминь. (Составлено по книге «Минуты пастырского досуга», еп. Гермогена, т. 1, стр. 69–75).

Третий день

Преп. Никита исповедник

(Об утешениях среди гонений за правду)

   I. Преп. Никита, ныне прославляемый, происходил из Вифинийского города Кесария. Послуживши немного при одной церкви в должности церковнослужителя, он ушел в Мидикийский монастырь, где с горячим усердием стал подвизаться для спасения души своей в посте и молитве. Во всем монастыре не было ревностнее Никиты. За высокую подвижническую жизнь он скоро был избран в настоятели обители. Бог наградил его даром чудес. Слух о нем распространился далеко. Многие стали приходить, чтобы спасаться под руководством его. Собралось 100 иноков. Мирно, тихо шла жизнь преп. Никиты. Но в то время распространилась ересь иконоборческая. Император Лев Армянин (813–820 гг.) воздвиг жестокое гонение на всех почитателей св. икон. За почитание святых икон лишали имущества, должностей, подвергали заключению в темнице, отправляли в заточение и предавали всевозможным мучениям. Дошла очередь и до св. Никиты. Так как от почитания св. икон он не отказывался, то его заключили сначала в темницу, а потом послали в заточение на остров св. мученика Гликерия, где он томился целых шесть лет и много перенес обид и оскорблений. Но здесь Господь его прославил, и Никита силой Божией совершил много чудес. – Со смертью императора Льва Армянина кончились страдания преп. Никиты. Вступил новый царь – почитатель икон, и все изгнанные за иконопочитание были возвращены на свои места. Возвращен был из места ссылки и Никита. Но последние дни своей жизни он провел в безмолвии в одном уединенном месте близ Константинополя, где скоро и кончил свою жизнь в 824 г. Тело его торжественно было перенесено в Мидикийскую обитель. И по смерти Господь прославил его чудесами, которых много совершилось и во время погребения, и после его.

   II. Мы видели, что в жизни своей преп. Никита долго скорбел, много страдал, и страдал совершенно незаслуженно, единственно за любовь к истине, правде. Но нужно ли удивляться этому? Это удел всех хотящих благочестно жить о Христе. Это испытывали все апостолы, Сам Спаситель. Аще Мене изгнаша, и вас изженут, говорил Он. Но только, предсказывая Своим последователям скорбную участь на земле, Спаситель не несчастными, не жалкими их называл, а блаженными, счастливыми. Блажени изгнани правды ради. Блаженны они потому, что среди гонений и преследований они имеют такие утешение, которые и самую горькую чашу их страданий делают для них самой сладкой и приятной.

   а) Чтобы понять, откуда утешения у страдальцев за правду, нужно знать, что гонимые за правду терпят бедствия совершенно незаслуженно, невинно. Вот это-то и есть первое утешение в гонении за правду. Сознание невинности своей проявляется в гонимых за правду, таким образом, во всей силе. А от этого у него светло и отрадно делается на душе. Он не себя считает жалким, а гонителей своих, не своих несчастий боится, а трепещет за участь, ожидающую в будущем гонителей его. От сознания невинности христианину делаются светлыми и мрачные стены темницы и самые двери гроба, потому что он знает, что они поведут не на дно адово, а в обитель успокоения.

   Но не одно сознание невинности своей дает утешение христианину среди неправедных гонений со стороны злых людей. Есть и другие причины.

   б) За кого христианин терпит гонение? За Иисуса Христа – вот второе утешение в гонении за правду! Кто имеет сердце, способное любить, тот знает, как приятно страдать за человека, нами любимого, тот знает, что с любимым человеком гораздо приятнее разделять его горести, нежели его удовольствия. Опыт всякого может уверить в этом. Многочисленные примеры в истории жизни человеческой ясно доказывают, как приятно любящему страдать и даже умирать за своего друга и благодетеля. Но какая любовь может сравниться с любовью христианина к Иисусу Христу? Его любовь к Нему крепка, яко смерть. Кто ны разлучит от любве Божия? – взывает апостол. – Известихся, яко ни смерть, ни живот, ни ангелы, ни начала, ниже силы, ни настоящая, ни грядущая, ни высота, ни глубина, ни ина тварь кая возможет нас разлучить от любве Божия (Рим. 8, 39). Так высока любовь христианина к Иисусу Христу! Во Христе для него заключается все, – со Христом для него и на гноище, и в узах, и в темнице, и самых тяжких работах бывает гораздо приятнее, нежели счастливцам мира сего в светлых и пышных чертогах. И вот почему мы видим, что христианин с такой радостью всегда идет на все страдания за Иисуса Христа, с какой жених не идет на брак свой. Вот почему в первые времена христианства многие из христиан не только не уклонялись от гонений, но даже сами искали их и спешили на смерть за имя Христово. Так, подлинное великое утешение христианин, гонимый за правду, имеет в мысли, что он страдает за своего Христа, Который для него есть и жизнь, и радость, и надежда, и прибежище.

   III. Итак, вот откуда христианин почерпает себе утешение среди гонений за правду. Да не устрашит же никого из нас ненависть и злоба людей, преследующих за истину. Да не убоимся исповедать истину пред всеми, даже пред сильными мира сего, если того будет требовать от нас наш долг и совесть. Будем бояться одного, как учит апостол, чтобы не пострадал кто из нас, яко убийца, или яко тать, или яко злодей, аще ли же яко христианин, да не стыдится, но да пославляет Бога в части сей (1 Пет. 4, 15). (Извлечено в сокращении из кн. «Уроки из жизни святых», прот. П. Шумова).

Четвертый день

Преп. Иосиф, творец канонов

(Чем и как лучше отвлекать от малодушия, уныния и отчаяния людей, невинно страждущих?)

   I. В житии преп. Иосифа, творца канонов, память коего совершается ныне, пишется следующее: когда Иосиф, на острове Крит, был брошен в темницу, в которой вместе с ним находилось и множество православных, заключенных иконоборцами, то православные, вследствие тяжких мук и скорбного заключения, были в большом унынии и некоторые из них даже готовы были по малодушию склониться на сторону еретиков. Преп. Иосиф, весь пламеневший любовью к Богу и ближним, чтобы поднять их упадавший дух, говорил несчастным: «Что может быть, братия, вожделеннее и радостнее тех уз, которыми мы ради любви Христовой теперь обложены? И не должны ли мы подобно св. Павлу, который вериги как золотые украшения вменял себе, благодарить Бога в страдании нашем? Смотрите на Господа: Он, пострадавший за нас, оставил нам образ, чтобы мы следовали по стопам Его. Но как Он страдал? Будучи злословим, Он не злословил взаимно, страдая не угрожал (1 Пет. 2, 23). Правда, тяжело страдать телом, но тому невозможно быть носителем ига Христова, кто не следует стопам Господа и не терпит хотя отчасти тех страданий, которые терпел за нас Он. И собственным примером Он показал нам, что только трудами и страданиями открывается для нас та небесная дверь, которая столь долго для людей была затворена. И не иной путь указал нам Подвигоположник наш ко спасению, как только путь скорбей и тяготы. И зачем смущаться нам в наших скорбях, когда несомненно знаем, что в них непременно получим от Бога благодать и благовременную помощь?» Такими и подобными этим словами преподобный своих союзников по заключению утешил в страданиях, ободрил и в вере укрепил.

   Но утешая и ободряя с ним бывших вообще, Иосиф не оставлял ободрять, утешать и укреплять и некоторых отдельных лиц в частности, и тут слово его также иногда имело действие поразительное. Бывший с Иосифом в темнице, страдавший за св. иконы епископ, истомленный заточением, совершенно упал духом, стал мучиться сомнениями и был, как сказано, как корабль волнуемый ветром и близкий к потоплению. Преподобный, видя, что человек погибает, употребил все усилия к его спасению, с горькими слезами умолял и увещевал его быть верным Богу до конца, и так успел в своих увещаниях, что епископ вскоре и среди жесточайших мук остался непоколебимым в исповедании православной веры, как скала, и говорил, что если б можно было, то и тысячу смертей он принял бы за Господа Христа. – Так сильно, так действенно было слово преподобного в деле спасения им малодушных и унылых и вообще близких к падению и конечной гибели (Четьи Минеи, 4 апреля).

   II. Что же следуют отсюда?

   а) То, что если хотим подать помощь таким людям, желаем спасти их, то должны прежде всего внушать им, что всем нам указан путь в Царствие Небесное скорбный, что этим путем прошел Сам Господь и Спаситель наш, что если с терпением перенесем здесь ради Бога, то «вмале наказани бывше, великими благодетельствовани будем» и что если со Христом постраждем в настоящей жизни, то с Ним и прославимся в будущей.

   б) Но конечно, для обеспечения при этом успеха от слов необходимо, как видели из примера Иосифа, чтобы утешение и ободрение наше малодушным и унылым истекало у нас из пламенной любви к ним, было растворено теплотой сердечной. В житии преподобного говорится, что он, ободряя и укрепляя в терпении епископа, «коих не изрече к нему глаголов, коих не излия слез, моля и увещевая его, да за Христа не усумнится умрети!» – Видно, что Иосиф самого себя не жалел, чтобы спасти погибающего, и весь проникнут был любовью к несчастному. Так должны поступать и мы.

   Пусть скорби и несчастья ближних, которых мы хотим ободрить и утешить, будут также близки нашему сердцу, как были бы и наши собственные; пусть слово наше к ним будет не холодным и мертвым, но живым и действенным, и пусть, наконец, и вообще все наше отношение, и внешнее, и внутреннее, к несчастным будет таковым, чтобы они видели в нас любящих братьев и искренних друзей. И тогда, поверьте, наши усилия ко спасению их не останутся напрасными и, при помощи благодати Божией, подлинно ободрят несчастных и вольют в души их благодатный свет и мир, с которыми и в горести им будет не горько, и в бедности они будут богаты, и в отчаянных обстоятельствах не придут в отчаяние.

   III. Молитвами преп. Иосифа да дарует нам Господь Свою благодатную помощь в безропотном перенесении скорбей, которые мы терпим по допущению всеблагого и премудрого Промысла Божия, устрояющего чрез них наше спасение. Аминь. (Составлено с дополнениями по журналу «Кормчий» за 1890 г., № 12).

Пятый день

Поучение 1-е. Преп. Марк Афинский

(О путях жизни – широком, ведущем в ад, и узком, ведущем в жизнь вечную)

   I. Св. преп. Марк Афинский, память коего совершается ныне, был чудный подвижник. Он подвизался в пустыне Ливийской, на горе Фраческой. Вот как сам он рассказывал о своей жизни св. старцу Серапиону, которого Бог прислал к нему в последний день его жизни: «95 лет я живу в этой пустыне, и не видал ни человека, ни зверя, ни птиц и никаких животных. Первые 30 лет были особенно тяжелы для меня: одежды я не имел и страдал то от холода, то от зноя; голод утоляя иногда землей, а жажду – морской водой; одинокое и безлюдное место наводило на меня тоску и томление; не раз переносился я мыслью в мир, со всеми его удобствами и удовольствиями. Но больше всего я страдал от бесов: ни днем, ни ночью они не давали мне покоя, грозя меня убить, утопить в море или разорвать на части. После 30 лет я удостоился великой Божией милости: плоть моя изменилась, на теле у меня выросли волосы, которые защищали от холода и зноя, начала ниспосылаться мне пища, ангелы стали посещать меня». – «Есть ли ныне в мире святые с такой чудодейственной верою, что, по слову Христову, могли бы передвигать и горы с своих мест?» – спросил Марк Серапиона после того, как он рассказал ему свою жизнь. И при этих словах Фраческая гора двинулась с места и пошла в море. Тогда святой остановил ее. Марк пригласил Серапиона помолиться, затем сказал: «велик для меня нынешний день, ибо душа моя разлучается от тела и идет в обители небесные». При этом послышался с неба голос: «Принесите Мне из пустыни верного Моего раба, совершенного христианина. Иди и почий, Марк», и Марк испустил дух. Серапион видел душу его, возносимую ангелами на небо.

   II. Мы видели, братия, что преп. Марк Афинский избрал не широкий путь жизни, состоящий в потворстве своей чувственной природе и служении страстям, в праздной и грешной жизни, но узкий, соединенный с голодом, холодом, трудами, пощениями и бдениями. И этот путь, как мы видели, привел его в Царствие Небесное, тогда как другой неизбежно должен был бы привести его на место вечных мучений.

   Пути, по которым совершает человек свое странствование на земле, представляются многочисленными и разнообразными, как разнообразна самая деятельность человеческая. Но, судя по свойству этих путей, их собственно два: один – путь греха и порока, другой – путь добродетели.

   а) Первый путь называется в Евангелии широким (Мф. 7, 13). Он привлекает к себе людей благами и сокровищами земли, обольщает удовольствиями, манит всем тем, что льстит чувственности и нашему испорченному сердцу. По этому пути идут все, которые дают простор своим страстям и своей воле, свергая с нее благое иго Заповедей Христовых (Мф. 11, 30), – все, непокоряющиеся Святой Церкви и ее уставам, неповинующиеся предержащим властям, противящиеся своим родителям. На этом пути находятся и блудницы, и прелюбодеи, и сквернители, и лихоимцы, и татие, и пьяницы, и досадители, и хищницы, (1 Кор. 6, 9 и 10). Здесь сластолюбцы, имже Бог чрево (1 Фил. 3, 19), и соблазнители, прельщающие души неутверждены (2 Пет. 2, 14), и клятвопреступники, и убийцы, притеснители вдов и сирот. Здесь не только явные нечестивцы, но и все фарисействующие христиане, которые часто восклицают: Господи, Господи (Мф. 7, 21), и стараются иметь образ благочестия, на самом же деле отвергаются силы Его и божественную истину содержат в неправде (2 Тим. 3, 5; Рим. 1, 18). Вообще путь так просторен, что помещает всех грешников, как они ни бесчисленны на земле и даже в самом христианстве.

   б) Другой путь есть тесный (Мф. 7, 14), по множеству препятствий, которые встречаются на нем, трудностей, которые должно преодолеть, жертв, какие неизбежно принести. Чтобы вступить на этот путь, необходимо отсвергнуться себе (Мк. 8, 34), умертвить уды и все порочные привязанности наши, яже на земли (Кол. 3, 5). Чтобы идти по этому тесному пути, надобно стеснить, ограничить, смирить себя во всем: подчинить свой ум вере Христовой, волю – закону Божию, сердце – обетованиям евангельским, всю духовную деятельность – руководству православной Церкви. Надобно вести непрерывную брань со врагами нашего спасения: миром, плотью и диаволом, и для того, в полном всеоружии Божием, постоянно трезвиться и бодрствовать и молиться всякою молитвою на всякое время духом (1 Пет. 5, 8; Еф. 6, 10–18). Надобно благодушно, с христианским мужеством переносить многие скорби, напасти и всякого рода гонения, которыми усеян этот путь от начала до конца (2 Тим. 3, 12). Надобно быть готовым прощать все обиды, любить самых врагов наших, благословлять клянущих нас, молиться за творящих нам напасть (Мф. 5, 44).

   III. Теперь, братия, можете каждый сами определить, кто из вас куда идет. Если вы шествуете путем широким: то знайте, что он, по слову Спасителя, ведет в пагубу (Мф. 7, 13), – туда, где червь не умирает и огнь не угасает (Мк. 9, 48), где будет мука вечная (Мф. 25, 46), плач и скрежет зубов (Мф. 8, 12) и где не дастся грешникам ослабы и покоя во веки веков (Откр. 20, 10). Если же вы находитесь на тесном пути: радуйтесь и благодарите Господа: этот путь ведет в живот (Мф. 7, 14), ведет ко граду Бога живаго, Иерусалиму небесному, где нет ни плача, ни вопля, ни болезни, ни смерти (Откр. 21, 4), а откроется для праведников вечное блаженство (Евр. 9, 15) и вечная слава (2 Кор. 4, 17).

   Но идти, по своей воле идти во огнь вечный, к своей вечной погибели, и лишиться, добровольно лишиться вечных благ, предлагаемых нам на небеси – кто не содрогнется при одной мысли об этом?

   О, остановитесь, грешники, на своем широком пути и образумьтесь! Как ни далеко вы ушли, вы еще можете возвратиться назад и вступить на тесный путь добродетели. Как ни многочисленны и тяжки ваши грехи, покайтесь: Кровь Иисуса Христа очищает нас от всякаго греха (1 Ин. 1, 7). Как ни слабы ваши нравственные силы, – молитесь: сила Божия в немощи совершается (2 Кор. 12, 9), и Отец небесный даст Духа просящим у Него (Лк. 11, 13). А благодатью Св. Духа, при вашей вере и христианских подвигах, обильно приподастся вам и вход в вечное Царство Господа нашего и Спаса Иисуса Христа (2 Пет. 1, 11). Аминь. (Составлено по Четьи Минеям и слову Макария, епископа Тамбовского и Шацкого, т. II, стр. 11–15).

Поучение 2-е. Свв. мученики Агафопод и Феодул

(Не давайте святыню на посмеяние)

   I. В царствование Диоклетиана и Максимиана жили в греческом городе Фессалониках, или Солуни, два церковнослужителя, старец Агафопод и юноша по имени Феодул, память коих Св. Церковь совершает ныне. Первый из них был диаконом, второй исполнял в церкви должность чтеца, и оба вели жизнь честную, добродетельную, всю преданную Господу. Бог, по милости Своей, даровал Феодулу чудотворную силу: он помогал страдающим различными болезнями и обратил многих язычников ко Христу.

   Вдруг настало гонение на христиан. В Солунь, как и во все города, принадлежавшие римской империи, было прислано повеление понуждать всех поклоняться идолам: поставили на площадь городскую орудия казни на страх ослушникам. Некоторые христиане тогда удалились тайно из города и скрылись от преследований язычников; иные не устояли против страха мучений и отреклись от веры своей; но многие оставались в Солуни, ожидая спокойно участи своей. В том числе были Агафопод и Феодул. Они беспрестанно молились в храме Божием. Их взяли, заключили в темницу, и потом чрез несколько дней привели к допросу к начальнику города, Фаустину.

   После напрасных увещаний отречься от Христа и принести жертву идолам, св. мученики были преданы на истязания, которые спокойно перенесли, продолжая исповедовать имя Господа Иисуса Христа. Губернатор стал потом требовать от Феодула, чтобы он принес и отдал ему христианские книги. На это Феодул ответил:

   – Если бы я мог думать, что ты желаешь узнать истину и отречься от заблуждений своих, то я, конечно, с радостью принес бы тебе книги пророков и апостолов; но, зная, что ты имеешь злое намерение, не отдам тебе Божия дара.

   Видя тщету своих усилий и непоколебимую твердость мучеников, губернатор осудил их на смертную казнь и велел потопить их в море. С молитвой на устах предали они души Богу. Волны выбросили на берег тела обоих мучеников, и друзья схоронили их честно.

   II. Обратим внимание, братия, на ответ св. Феодула мучителю, когда тот требовал от него выдачи церковных книг: «Зная твое злое намерение, не отдам тебе Божия дара».

   а) Не давайте святыни псам, и не бросайте жемчуга вашего пред свиньями, чтоб оне не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас (Мф. 7, 6), – заповедал Господь Иисус Христос апостолам.

   Есть люди решительно нечестивые, ожесточенные противники истины, от которых можно ожидать лишь злобного отношения к слову истины. Как псы, если бы им дали жертвенного мяса, не поняли бы, что это святыня Господня, и с зверской жадностью уничтожили бы его, как и всякую падаль и нечистоту; так и эти развращенные люди одинаково глумятся, одинаково осмеивают все, что люди считают священным для себя, во что они веруют, как в истину Божию; также, конечно, отнесутся они и к Христовой вере, к святыне евангельской истины. И как свиньи не способны оценить достоинства жемчуга и, конечно, попрут его ногами своими, а на падаль и нечистоту набросятся, как на лучшую пищу, так и эти нечестивые люди попирают своими злобными, кощунственными насмешками жемчуг Христовой истины, а ложные учения признают и проповедуют за истину. Таким людям проповедовать Христову веру не следует, потому что они могут только вредить проповедуемой истине.

   б) Но мало этого: проповедание таким людям истины опасно и для самих проповедников: как свиньи, поправши ногами своими брошенный пред ними жемчуг, могут рассвирепеть и, обратившись, растерзать бросивших им жемчуг, так и злобные враги истины могут не только осмеять истину, но и воздвигнуть гонение на ее проповедников. Так это, действительно, и бывало при распространении Христовой веры апостолами, и поэтому-то они часто должны были отрясать прах от ног своих в тех городах, где замечали в населении решительно враждебное расположение к проповедуемой ими вере во Христа.

   III. Этот урок Христов апостолам следует всегда помнить, братия, и нам. Конечно, не каждому из нас предлежит в жизни задача проповедовать истину Христову среди неверующих, утверждать ее в сердцах маловерных и защищать ее от врагов веры и Церкви Христовой. Но каждому из нас очень часто приходится вступить в беседу о предметах веры с людьми иномыслящими. И вот, в этих-то случаях потребно руководиться не желанием только защитить истину и готовностью засвидетельствовать свою веру, но и рассуждением, не лучше ли для самой истины Христовой и нашей веры уклониться от беседы. Ибо случается сталкиваться иногда с людьми, от которых можно ожидать только кощунственного глумления над святыней веры нашей. А потом мы должны и вообще помнить, что о предметах святой и драгоценной веры нашей мы должны рассуждать и беседовать с полным благоговением, без раздражительности, без желания только оспорить противника и одержать над ним верх, а единственно только с святой ревностью об истине и о спасении ближнего. Будем помнить, братия, что гнев человека ни в каком случае не есть исполнение воли Божией (Иак. 1, 20). Аминь. (Составлено по № 25 «Московских Епархиальных Ведомостей» за 1878 г.).

Шестой день

Поучение 1-е. Св. Мефодий, архиепископ Моравский

(Заслуги для славян свв. братьев Кирилла и Мефодия)

   I. Св. равноапостольный Мефодий, память коего совершается ныне, вместе с братом своим Кириллом (память его 14 февраля) был учителем славян, к племени которых принадлежим и мы, русские, в христианской вере. Он происходил из знатной фамилии в г. Солуни. Получив образование в родном городе, он был правителем одной славянской области в Македонии. Но сердце его не лежало к миру и его тщетным удовольствиям. После 10 лет службы он удалился в Полихрониев монастырь на горе Олимпе, куда вскоре прибыл брат его св. Константин. В 857 г. оба брата были вызваны на проповедь славянам. Для того, чтобы успешнее совершить это великое и св. дело, св. братья составили славянскую азбуку, перевели с греческого на славянский язык богослужебные книги и впервые ввели у славян богослужение на их родном языке. По наветам немецких епископов св. братья вызваны были в Рим, как проповедники Евангелия на славянском языке, тогда как, по мнению тех, слово Божие должно читать только на тех трех языках, на которых была сделана надпись на Кресте Христовом. Папа Адриан оправдал свв. братьев. Св. Кирилл вследствие непрестанных изнурительных трудов сильно занемог в Риме и вскоре здесь и скончался, а св. Мефодий был возведен в сан архиепископа Паннонии или Моравии и возвратился к своей пастве, где и служил просвещению славян до конца жизни. Он скончался в 885 году.

   II. В день памяти св. равноапостольного Мефодия, с которым неразлучно и приснопамятное имя брата его Кирилла, побеседуем о заслугах свв. братьев для славян, и в том числе и нас русских, принадлежащих к славянскому племени.

   а) Свв. братья Кирилл и Мефодий первые проповедовали христианскую веру нашим предкам славянам на их родном славянском языке; они первые передали им слово Божие и научили их совершать службы церковные на родном, понятном, славянском языке, тогда как другие, западные, проповедники христианства того времени учили славян молиться на чуждых, непонятных славянам языках, утверждая при этом, что можно славить Бога только на трех языках – еврейском, греческом и латинском. «И ради быша словене слышати величия Божия на своем языке», – замечает древнейший летописец славян.

   Да и как было им не радоваться? Доселе как будто скрывали от них святую правду, передавая ее чуждой, непонятной речью; а теперь святая правда засияла пред ними подобно вышедшим из-за тучи лучам солнечным. Больно и обидно было славянину, когда заставляли его выслушивать и заучивать то, чего он не понимал, и когда при этом уверяли его, что его речь дикая, варварская, что ею не следует и молиться, и передавать слов Божиих. Такая обида славянскому роду отчасти продолжается и доселе на западе. Вот, мы, православные христиане, приходим в наши православные храмы; все тут для нас понятно, так как и чтение, и пение здесь на понятном нам, родном славянском языке; присутствующий со вниманием в нашем храме какую чувствует отраду от святых, понятных для него и поучительных слов! Не то бывает в храмах католических. Службы церковные здесь совершаются, как известно, на латинском языке. Видим мы, что почти все присутствующие здесь – и поляки и русские (славяне) – не знают этого языка; и что же им остается здесь делать? Или слушать, и ничего не понимать, или же молиться своими молитвами, какие кто знает. А неграмотному и незнающему наизусть молитв и стоять было бы скучно в их храмах, если бы не ввели тут музыки, которая хотя отчасти занимает и развлекает внимание присутствующих. Благодарение же Богу! Слава и вам, свв. первоучители славянские, Кирилл и Мефодий, что вы, с древних предков наших славян, научили нас святой вере и святому богослужению на понятном языке, возвеличили таким образом нашу славянскую речь и наш славянский род!

   б) Но заслуга святых братьев первоучителей наших, Кирилла и Мефодия, еще в другом. Мало передавать святую истину устами, ее будут знать только те, которые ее услышат из уст говорящего. Правда, и слышащие могут передавать ее другим не слышавшим, а эти третьим и т. д. Но слова, передаваемые устно, как вы сами знаете, от времени до времени теряются и искажаются; гораздо лучше, когда эти слова начертываются и передаются в письмени. Славянская речь не имела письмен до святых братьев Кирилла и Мефодия. «Проповедовать устно Христову веру, – говорили святые братья в свое время, – все равно что писать на песке». И вот, они задумали дать славянским народам, у которых не было еще азбуки, слово Божие в письменах.

   К этому великому делу они готовились молитвой и сорокадневным постом, и Господь благословил их труд полным успехом.

   Вот что говорил св. Кирилл о важности и пользе грамоты. «Услышьте, славяне, все слово, иже от Бога прииде, – слово, еже кормит души человеческие, – слово, еже крепит сердца и умы. Душа не имеет жизни, если словес Божиих не слышит. Отверзите прилежно уму двери, оружие приимите твердое, еже куют книги Господни. В буквах мудрость Христова является, которая души ваши укрепит. Поймите своим умом, да не ум имея неразумен, на чуждом слышите слово, как голос медной трубы звенящее. Без света нет радости оку видеть творение Божие; так и всякой душе бессловесной, неведящей Божиего закона… Душа безбуковная мертвая является в человеке».

   Из этих приведенных мною слов св. Кирилла я прошу вас, братия, обратить особенное внимание на его последние слова: «душа безбуковная мертвая является в человеке», т. е. что неграмотный человек похож на мертвого. И разве не так на самом деле? Мертвый хотя и смотрит потухшими, полуоткрытыми глазами на мир Божий, но ничего в нем не видит, ничего не понимает; подобным образом и неграмотный человек смотрит на книги, переворачивает в них лист за листом, но ничего в них не видит, ничего не понимает; многого он не понимает и из мира Божия и из других дел человеческих, о чем могли бы сказать ему книги, если бы он умел их прочесть. Неграмотный человек не умеет славить Бога и Ему угождать как следует, не может читать слово Божие, творения св. отцев и учителей Церкви и многие душеполезные книги.

   III. Братия мои! Если уже вам самим, т. е. некоторым из вас, не судил Господь быть грамотными, то хоть детей своих не оставляйте безбуковными, прошу вас. И свв. Кирилл и Мефодий умоляют вас об этом с того света. Аминь. (Составлено по проповедям, приложенным к «Руководству для сельских пастырей» за 1885 г., апрель).

Поучение 2-е. Св. Мефодий, просветитель славян

(Заслуги славянских первоучителей для Церкви и общества)

   I. Св. Мефодий, первый архиепископ Панноно-Моравский, просветитель славянских племен, память коего совершается ныне, был старший брат св. Кирилла. При воспоминании имени каждого из них в отдельности как бы невольно воспоминаются они оба вместе; жизнь и подвиги одного из них естественно вызывают у нас глубоко-благодарные мысли и чувства о совокупной их деятельности для духовного просвещения славян. «Се, брате, супруга бяхове, едину бразду тяжаща» (трудились мы с тобою как пара волов под ярмом, возделывая одно поле), – говорит уже на смертном одре Кирилл, обращаясь к брату своему Мефодию. Так поистине жизнь и деятельность свв. апостолов и просветителей славян были единодушно общи и нераздельны. Поэтому-то православная восточная Церковь, прославляя каждого из них в отдельности (14 февраля и 6 апреля), прославляет при этом обоих вместе, и установила даже нарочитый день (11 мая), в который творит их общую память.

   II. Святые первоучители славян, глаголавшие им слово Божие (Евр. 13, 7) на родном, живом и общедоступном языке, послужили тем и делу собственно Церкви, и делу славянского просвещения, а чрез то самого гражданско-общественного благоустройства. И мы, русские, имеем счастье принадлежать к великой семье славянских народов и посредственно наследовали во всей полноте драгоценные труды равноапостольных наставников Кирилла и Мефодия. Остановимся же несколько минут на помянутых незабвенных, бессмертных заслугах святых братьев солунских для Церкви и общества нашего.

   а) От свв. Кирилла и Мефодия мы приняли в переводе с греческого на славянский язык не только книги свящ. Писания, но и все важнейшие из богослужебных книг. Таким образом, тотчас же по озарении русской земли светом христианской веры, как и до сих пор, весь чин православного восточного богослужения начал совершаться у нас на родном, общепонятном для наших предков, славянском языке, – чем был положен первый, так сказать, камень самостоятельной Церкви славянской, с ее соборным началом управления. Больше этого благодеяния нам никто не мог оказать, потому что выше сокровища православной веры на земле для нас нет и быть не может.

   Привычка в употреблении делает нас равнодушными к самым возвышенным, дорогим сердцу предметам: та же привычка в чтении слова Божия и слушании богослужения, даже самой Божественной литургии, может быть, не довольно сильно дает нам чувствовать всю драгоценность, всю благотворность церковнославянского языка с его неподражаемым величием, силой и красотой. Всю силу утешения слышать свое родное богослужение может ощущать тот, кто бы, например, несколько лет прожил без него в чужих краях, и потом снова возвратился на свою родину, пришел в знакомый ему с детства храм. Возблагодарим же все Господа, что мы владеем столь драгоценным даром, как дар слова Божия и церковного богослужения, слышимых нами на родном языке, всегда и везде беспрепятственно, и помолимся святым отцам нашим Кириллу и Мефодию, истинно родившим нас благовествованием Христовым (1 Кор. 4, 15), чтобы никогда не приходило на нас грозное слово пророческое о гладе слышания слова Господня (Амос. 8, 11), когда люди и желали бы услышать слово Божие, но не будут уже иметь возможности к тому.

   б) Передав нам на родном языке учение слова Божия и круг богослужения церковного, приснопамятные переводчики их сделались чрез то родоначальниками самобытной славянской письменности, первыми главными виновниками всей нашей грамотности или литературы, словом – всей нашей науки. Уже в священных и богослужебных книгах, начертанных «не мертвыми и убивающими, как прежде, но словом евангельской проповеди от начала оживленными и животворящими», славянскими письменами, наши предки, подобно вдруг прозревшим слепцам, увидели неисчерпаемый источник нравственно-возвышенных понятий, нашли богатую сокровищницу чистых и благородных образов, и с полным благоговением к предметам Божественного откровения и церковного устройства всецело отдались умом и сердцем изучению этих последних. В продолжение целых столетий, как известно, для всех и духовных и светских людей у нас существовала одна наука – религиозного содержания или направления; употреблялся и один общий язык церковнославянского характера. Вот где – в трудах богоизбранных и богопросвещенных первоучителей славянских – лежало основание последующего тысячелетного просвещения Руси в духе православия и народности. Вот что служило залогом нашего теперешнего умственного и нравственного, а вместе и гражданского развития, и могущественным орудием духовно-народной самозащиты!

   III. Так не позволим себе никогда забывать, что всем богатством самостоятельной духовной жизни своей мы обязаны прежде всего свв. Кириллу и Мефодию, и всегда пребудем благоговейно-признатеьными к священной их памяти. – Постараемся остаться всегда верными святому завещанию великих наставников наших, Кирилла и Мефодия, которые и сами много потерпели во время благовестнического служения их славянским народам за чистоту истины Христовой и самобытности славян, и нам передали ту и другую во всей целости, полноте и силе. Вы же, «апостолом единонравнии и богомудрии учителие наши, молите Владыку всех вся языки словенские утвердити в православии и братском единомыслии, против враждующих им, умирити и благоустроити весь христианский мир, да вси, в духе правды и любви, единем сердцем и единеми усты славят и воспевают Отца и Сына и Св. Духа!» (Извлечено в сокращении из «Душеполезных чтений» за 1885 г., май, стр. 103–108, из слова прот. Н. Благоразумова).

Поучение 3-е. Свт. Евтихий, патриарх Константинопольский

(Смирение – путь к возвышению)

   I. Свт. Евтихий, которого ныне воспоминает Церковь, родился в малоазиатской области Фригии. Родителями его были Александр, званием воин, и Синерия, дочь священника Исихия. В доме деда, священника Исихия, Евтихий получил первоначальное образование, а для довершения его отправился в Царьград. Когда он достиг зрелых лет, его взял к себе митрополит амасийский, сделал клириком, посвятил потом во священника и имел в виду возвести в сан епископский. Но смиренный Евтихий, по склонности своей к безмятежной иноческой жизни, в сане пресвитера удалился в один амасийский монастырь и здесь принял иночество. За строго подвижническую жизнь и благочестие он скоро возведен был в сан архимандрита и поставлен главным начальником всех монастырей амасийской митрополии.

   В то время, при императоре Иустине, созывался в Константинополе 5-й вселенский собор (в 553 году). Амасийский митрополит по болезни не мог ехать на собор сам и вместо себя послал архимандрита Евтихия. Прибыв в Константинополь за несколько времени до открытия собора, Евтихий был ласково принят здесь патриархом Константинопольским Миной, жил в его доме и снискал себе такое его расположение, что престарелый и больной патриарх, чувствуя приближение смерти своей, желал видеть Евтихия своим преемником в сане патриарха Константинопольского и предсказывал ему об этом. Он дал об Евтихии самый лучший отзыв и пред императором. Действительно, Мина скоро скончался, и на его место был избран Евтихий. С открытием 5-го вселенского собора Евтихий председательствовал на нем. В сан патриарха Евтихий поставлен был 40 лет от роду. Двенадцать лет он управлял константинопольской Церковью, и после того, за обличение императора Иустиниана в его покровительстве некоторым еретикам, был оклеветан и незаконно осужден собором единомысленных с императором епископов. Вооруженные воины вывели его силой из церкви, сняли с него святительские одежды, и он сослан был в изгнание в Амасию. На место его был поставлен другой патриарх.

   После 12-летнего изгнания, с воцарением Иустина, которому св. Евтихий предсказал об этом воцарении заранее, святитель был возвращен на Константинопольский патриарший престол, с радостью был принят народом и жил еще четыре года с половиной, поучая паству словом и примером, не переставая творить чудеса на помощь ближним. Скончался он в мире в 582 г., 70 лет от рождения, и торжественно был погребен в константинопольском храме во имя свв. Апостолов; в 1246 году св. мощи его были перенесены отсюда в Венецию.

   II. Дивны, братия, судьбы Божии в жизни св. Евтихия! Отказавшись по смирению от сана епископа и удалившись в уединение, он волею Господа становится патриархом Константинопольским, претерпевает много скорбей в этом звании и со славою и честью кончает свое земное поприще. Научимся отсюда той истине, что смирение есть самый верный путь к возвышению.

   Не опасайся, христианин, утратить честь свою оттого, что ты смиряешься: смирением более возвысишься, поучает св. Иоанн Златоуст. Смирение есть дверь к Небесному Царствию: зачем же идти в противоположную дверь? Если ты захочешь казаться великим, не сделаешься великим чрез гордость, а непременно унизишься. Не ищи величия, и тогда будешь велик: твое уничижение и составит величие.

   а) Честь, воздаваемая по принуждению, легко теряется, а честь, воздаваемая по доброму произволению, сохраняется постоянно. За то-то мы и почитаем святых Божиих, что они, будучи выше всех, пред всеми смиряли себя, – потому то величия их не потребила и самая смерть. Гордый обыкновенно почитает себя выше всех и не признает никого равным себе: какой бы честью ни пользовался, гордец всегда домогается большей, сам презирает людей и ищет от них почтения. Что может быть безрассуднее сего? Смиренный не возмущается ни гневом, ни тщеславием, ни завистью, ни ревностью. А что может быть выше души чуждой этих страстей? Напротив, гордый одержим всеми страстями: и зависть, и ненависть, и гнев постоянно волнуют душу его. Кто же истинно высок, тот ли, кто господствует над страстями, или тот, кто раболепствует им?

   б) Дабы еще яснее видеть все ничтожество гордых, спросим кто унижается – тот ли, кому Господь вспомоществует, или тот, кому Он противится? Кто выше, приносящий ли жертву пред Всевышним, или не имеющий дерзновения к Нему? Спросишь: какую жертву приносит смиренный? Послушай богодухновенного псалмопевца, который говорит: жертва Богу дух сокрушен, сердце сокрушен но и смиренно Бог не уничижит. Видишь ли чистоту смиренного? Обрати же внимание на нечистоту гордого: не чист, – по слову священного Писания, – не чист пред Богом всяк высоко-сердый. Таким образом, с гордым случается противное тому, что он желает; он хочет гордиться для того, чтобы его почитали, а между тем, если кто более всех подвергается презрению, так это гордец. Напротив, что любезнее, что блаженнее смиренных, когда они и Богу приятны, и от людей пользуются славой? Все почитают их, как отцов, любят, как братьев, принимают, как своих.

   в) Бог ничего так не отвращается, как гордости, – почему Он еще изначала устроил все так, чтобы истребить в нас эту страсть. Для сего мы соделались смертными, для сего живем в юдоли плача, для сего жизнь наша проходит в изнурении, для сего она обременена непрерывными трудами. Гордость не только не доставляет нам никакой пользы, но лишает и того, что имеем: первый человек впал в грех от гордости, возжелав быть равным Богу, и за сие потерял то, что имел. А смиренномудрие не только не отнимает у нас того, что имеем, но еще доставляет и то, чего не имеем. Потщимся же стяжать смиренномудрие, дабы нам вознестись, дабы нам насладиться настоящей жизнью и приобресть будущую славу, благодатью и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, Которому со Отцем и Святым Духом слава и держава, честь и поклонение ныне и присно и во веки веков.

   III. В заключение приведем прекрасные слова святителя Василия Великого о смиренномудрии: «Да будет же у тебя, последователь Христов, наружный вид, и одежда, и поступь, и все доведено до того, чтобы в этом не было излишеств. И слова, и обращение с ближним да будут направлены более к скромности, нежели к надмению: да не будет у тебя прикрас в слове, речей высокомерных, но во всем отсекай величавость. Будь добр с другом, кроток с слугой, непамятозлобив к дерзкому, человеколюбив к смиренному, утешай злосчастного, посещай болезнующего, никого не презирай, прикрывай, елико возможно, свои преимущества, а в грехах сам себя обличай. Не будь тяжел в выговорах, не осуждай за маловажное, как будто сам ты строгий праведник; согрешающих исправляй духовно; ищи славы пред Господом. Но ты удостоен первенства; люди оказывают к тебе внимание? Будь равен подчиненным; кто хочет быть первым, тому Господь повелел быть рабом всем. Кратко сказать: возлюби смиренномудрие и оно прославит тебя». (Составлено по указанным святоотеческим творениям).

Седьмой день

Поучение 1-е. Прп. Георгий, епископ Митиленский

(О том, для чего Бог посылает скорби людям добродетельным)

   I. Св. Георгий, память коего совершается сегодня, был епископом в городе Митилене, на острове Лесбосе. Он жил в конце VIII и в начале IX века. В юных летах он принял монашество. Особенно отличался он милосердием к бедным. Император Константин Багрянородный любил его и поставил в епископы. При иконоборце Льве Армянине св. Георгий за обличение еретиков-иконоборцев был сослан в изгнание в Херсон, где скончался в заточении в глубокой старости.

   II. Мы видели, братия, что св. Георгий с юности стал служить Богу; за свое милосердие к бедным он поставлен был даже епископом. Между тем, несмотря на свою любовь к Богу и людям, он претерпел великие скорби: за несогласие изменить св. вере, за обличение еретиков-иконоборцев он терпит заточение вдали от родины в г. Херсоне, где и оканчивает свою жизнь.

   Для чего же Господь посылает скорби людям добродетельным?

   а) Скорби посылаются благочестивым людям прежде всего для очищения от грехов. Нет такого добродетельного человека, который бы не имел своих слабостей, своих хотя малых грехов. Свидетель тому Иоанн Богослов. Аще речем, говорит он, яко греха не имамы, себе прельщаем и истины несть в нас (1 Ин. 1, 8). Для очищения сих грехов правосудный Бог и посылает скорби людям добродетельным. Всевышний наказывает таковых людей в сей жизни за малые грехи малым кратковременным огорчением с тем, чтобы наградить за их добродетели вечными благами, нескончаемым блаженством по ту сторону гроба. К сим людям можно отнести следующие слова Писания: вмали наказани бывше в жизни, великими благодетельствовани будут (Прем. 3, 5). Вот первая причина, почему Бог посылает скорби добродетельным людям.

   б) Кроме сего, иногда Господь посылает скорби добродетельным людям для того, дабы показать им не замечаемую ими зыбкость их веры и добродетели. Часто мы, в минуты благополучия, чувствуем, по-видимому, твердую веру в Бога, и считаем себя героями преданности Промыслу Всевышнего: но ударяет час бедствий, – и мы упадаем в духе, ослабеваем в вере, ощущаем недостаток упования на Бога и утрачиваем успокоение во всемогуществе и благости Вседержителя. Наша мысль о силе нашей веры нас обманывала, мы были в прелести. Теперь покрывало ошибки упало с очей наших. Мы начинаем чувствовать, что у нас не было и зерна живой веры, что нам надобно покаяться, смириться и искренним смирением пройти хотя в преддверие святилища истинно твердой веры в Бога. То же бывает у нас и по делам добродетели. Промысл Божий, посетив нас горестями, захотел показать нам наш обман в высокомнении о нашей преданности правилам добродетели, охранить нас от заблуждения и возвести в чистые, непорочные основания нравственной жизни, зависящие не от человеческих расчетов и видов, но от бескорыстной любви к Богу, от чистой любви к добру.

   в) Впрочем, Господь Бог посылает скорби и таким благочестивым, добродетельным людям, которых вера в горестях не только не колеблется, но которых, напротив, вера от скорбей укрепляется, а добродетель от бедствий возрастает. Это испытание бывает посылаемо для доставления нам случая заслужить себе новые венцы милости Божией и небесной славы чрез доказанную на опыте твердость в вере и постоянство в добродетели и среди искушений. Таковому испытанию подвергнут был многострадальный Иов. Сам Бог свидетельствует о праведной и благочестивой жизни Иова. Несть, – говорит Бог, – якоже Иов на земли человек непорочен, истинен, благочестив, удаляяся от всякия лукавыя вещи (Иов. 1, 8). За всем тем Иов подвержен был величайшим горестям. Для чего же? Для получения большей милости Божией, нежели какой праведник сей пользовался до постигших его искушений. И даде Господь сугубая, елика бяху прежде Иову (Иов. 42, 10), – говорит Писание. Золото жгут, дабы сделалось оно чище, а праведников пронзает Бог скорбями для того, чтобы возвысить, улучшить их святость и сделать их достойными высших степеней Царствия Небесного.

   III. Если, слушатели, видите и добродетельных людей в скорбях, не соблазняйтесь, не ослабейте в вере и доброй нравственности. Эти скорби посылаются или допускаются Богом с целью важной, душеспасительной. Аминь. (Составлено по кн. «Слова и речи» Иакова, архиепископа Нижегородского и Арзамасского, ч. 4-я, изд. 4-е, 1853 г.).

Поучение 2-е. Преп. Даниил Переяславский

(Причины неожиданной и прискорбной смерти)

   I. Воспоминаемый ныне Церковью преп. Даниил, в мире Димитрий, родился в Переяславле Залесском в 1453 году от благородных родителей. Рос он кротким и добрым отроком, и еще в юных летах в нем обнаружилась наклонность к строгим подвигам. 17-ти лет от роду он постригся в иноки с именем Даниила и спустя некоторое время поселился в Горицкой обители, в которой прожил около 30 лет, принял здесь сан священства и был настоятелем обители. Опытный в духовной жизни, он славился тем, что давал полезные духовные советы. И многие стали приходить к нему на исповедь и за советами. Но он, кроме того, избрал себе особый подвиг любви к ближним. Он взял на себя труд и заботу погребать всех, погибших нечаянной и прискорбной смертью – убитых разбойниками, утонувших, замерзших, нечаянно на дороге умерших. Как только слышал он о таковых, он шел, на своих плечах переносил тело несчастного погибшего на кладбище, пел над ним погребальные песнопения и благочестно погребал его. Он просил и других говорить ему о таких случаях, и шел отпевать и погребать покойного. Кладбище стало для него как бы родным местом; те, которые нашли на нем последний приют себе, были ему дороги: ведь он нашел им этот приют, он проводил их на вечный покой надгробными молитвами и слезами… Преп. Даниил достиг глубокой старости и умер на 87 году жизни, 7 апреля 1540 года. 112 лет почивали св. мощи его в земле, но во все это время братия верила в его святость, и задолго еще до открытия его мощей был написан его образ и сложен ему тропарь, кондак и канон. В 1652 году св. мощи его были торжественно открыты и ныне почивают в серебряной раке, в приделе соборного храма, сооруженном во имя преподобного.

   II. Размыслим, братия, о подвиге преп. Даниила, взявшего на себя труд погребать умерших нечаянной смертью, и почерпнем отсюда назидание.

   Постоянно ныне объявляются известия то об убитых, то об утонувших, замерзших, сгоревших и иных несчастных, умирающих без христианского напутствия. Невольно возникает вопрос: почему многих постигает такая страшная смерть, неестественная и насильственная?

   Обыкновенно смерть скоропостижную называют «напрасной». Это выражение, если принимать его в современном значении, не совсем точно. У Бога ничего не бывает напрасно. Какие же могут быть причины ее?

   а) Не всегда грешны те, которые так несчастно умирают. Упала некогда в Иерусалиме башня и убила восемнадцать человек. Спаситель, указав на это несчастье, спросил окружавших Его иудеев: «Или вы думаете, что те восемнадцать человек виновнее были всех живущих в Иерусалиме?» Этим вопросом Он предупреждает и нас, чтобы мы не почитали как бы за отверженных Богом тех, которые умирают неестественной смертью: может она постигнуть человека и не безгрешного, но даже благочестивого.

   На подобные случаи неповинной смерти св. Златоуст дает такое объяснение: «Если увидишь, что праведник терпит злую кончину, не упадай духом, ибо ему несчастья уготовляют светлый венец. Бог наказывает некоторых на земле, чтобы облегчить им тамошнее наказание, или совсем освободить от оного» (О Лазаре беседа III, § 9). Здесь прилично воспомянуть об одном пустыннике, которого лев растерзал. Другой, знавший его жизнь, пришел в недоумение: какая же это справедливость, что живший неукоризненно и свято подвергся такой лютой смерти? – В следующую ночь является ему ангел, и говорит: «Этот растерзанный зверем имел один тайный грех, за который он просил себе наказание у Бога, и послал ему Господь такую кончину, ради совершенного очищения души его». Так праведные аще пред лицем человеческим и муку приимут, упование их безсмертия исполнено (Пр. Сол. 3, 4).

   б) Между тем, всегда гибель скоропостижно умирающих направляется Промыслом к вразумлению живых.

   Не отрицал Господь, что грешны те, которые башней были убиты; но их несчастьем призывал живых к покаянию: аще не покаетеся, вси такожде погибнете. Поелику же иуерусалимляне не вразумились этим уроком, не исправились, во Христа не уверовали, а во время суда над Ним кричали: кровь Его на нас и на чадех наших (Мф. 27, 25): то и сбылось над ними Его предсказание. Все упорные в неверии иерусалимляне погибли, когда Иерусалим, как город мятежный, взят и разрушен был римлянами (Феофилакт Благовестник на Евангелие от Луки, гл. 13). И в наше время, если иные умирают внезапно и насильственно, мы не должны думать, что мы безопасны, будто мы правы; напротив, Бог попускает около нас быть несчастным случаям, чтоб мы позаботились о своем исправлении.

   в) Св. Василий Великий уподобляет Господа врачу, который, когда видит, что рана гниет и заражает, отнимает всю больную часть тела. Так Господь «останавливает неправду прежде, нежели разлилась она до безмерности. Поэтому бедствия, если с кем случаются, пресекают возрастание греха, и всенародные пороки уцеломудривает Он всенародными казнями. Отсюда землетрясения, кораблекрушения и истребление людей от воды, огня и других причин. Все это имеет началом чрезмерность греха». (Творения Василия Великого, ч. IV, стр. 144, 150, 146). «Бедственный конец злых людей останавливает стремление порока. Гнев Божий соразмеряется с грехами» (Творения Григория Богослова, ч. II, стр. 36, 50, 51).

   г) Однако же не все порочные скоропостижно умирают; иные, и злодействуя, долго живут. «Когда видишь, – отвечает Златоуст, – что некоторые или при кораблекрушении погибли, или задавлены домом, или потонули в реке, или другим насильственным образом окончили жизнь, между тем как иные, или подобно им, или еще хуже грешат, однако остаются невредимы, – не смущайся и не говори: отчего эти согрешающие одинаково не пострадали одинаково? Бог одному попускает быть убитым, облегчая тамошнее наказание ему, или пресекая греховность его, чтобы, продолжая жизнь нечестивую, не собирал большее на себя осуждение. А другому не попускает такой смети, чтобы, наученный казнью первого, он сделался благонравнее. Если же вразумляемые не исправляются, виновен не Бог, а беспечность их». (О Лазаре III, 9).

   III. Хотя словом Божиим и учением отцев несколько разъясняются всеобщие причины насильственной смерти, но почему жребий этот падает на кого-либо именно, определить это весьма затруднительно, и сколько на свете совершено убийств, тайна которых погребена в могиле убитых! Из этой таинственности судеб человеческих вытекают два нам внушения: первое, что будет суд всемирный, когда раскроется все, здесь не разгаданное, и последует полное всем воздаяние; в этой, конечно, уверенности Церковь молится о скоропостижно умерших. Второе – то, что не наше дело судить, кто из отшедших больше грешен, и для кого молитва нужнее; а наша обязанность сливать наши воздыхания сердечные с гласом святой Церкви, которая взывает: «Яже покры вода, брань пожат, трус объят, убийцы убиша, огнь попали, снедь зверем бывшия, мразом измершия, им же попустил еси, Господи, внезапными падежми умрети, избави муки вечныя, и неосужденно предстати Тебе, Слове, в пришествии Твоем сподоби» (Канон субботы мясопустной, песнь 1, 3. 5 и 9). Аминь. (Составлено по «Словам и речам» Сергия, митрополита Московского, т. II, изд. 1893 г.).

Восьмой день

Поучение 1-е. Свт. Нифонт, еп. Новгородский

(О христианском мире с ближними и средствах к достижению его)

   I. Преп. Нифонт, память коего совершается ныне, в мире Никита, воспитанный среди благочестивой семьи, в молодых еще годах решился посвятить себя на служение Богу. Употребив имущество свое в пользу бедных, он принял пострижение в Киево-Печерском монастыре, при игумене Тимофее. Здесь вскоре приобрел он от видевших его подвижническую жизнь то уважение, которым пользовался впоследствии и от князей, и от народа.

   В 1131 году преп. Нифонт был избран князем, братией и народом в епископа Новгородского. Он заявил себя на святительском поприще, между прочим, как примиритель князей. Так, в 1135 г. епископ Нифонт увещаниями своими, проникнутыми смирением и любовью, прекратил рознь, возникшую между киевлянами, черниговцами и новгородцами, собиравшимися уже выступить друг против друга. Скончался преп. Нифонт в Киеве, куда прибыл для встречи нового митрополита, и погребен в Киеве-печерском монастыре, после бывшего ему о том пророческого сновидения.

   II. Остановим, братия, свое внимание на миролюбии преп. Нифонта, который своими увещаниями, проникнутыми смирением и любовью, прекратил междоусобную княжескую распрю и тем отвратил великое бедствие для своей родины.

   Научимся и мы быть миролюбивыми в отношениях к своим ближним.

   Аще возможно, еже от вас, со всеми человеки мир имейте (Рим. 12, 18), – говорит ап. Павел.

   а) Как важна и священна эта заповедь апостольская, как она необходима для спасения нашего видно из того, что, подтверждая ее в другом месте, св. ап. Павел присовокупляет, что без исполнения этой Заповеди никто не узрит Бога, – никто, следовательно, не будет принят в Царство Божие, в сообщество ангелов и избранных друзей Божиих, мир имейте и святыню со всеми, ихже кроме никтоже узрит Бога.

   Почему? Потому, во-первых, что Сам Бог есть Бог мира, как именует Он Сам Себя в святом слове Своем: как же явиться пред лицом Его тому, у кого в сердце таится вражда или злоба, а нет мира, любви и святыни?

   Потому, во-вторых, что Царство Божие есть царство мира, любви и единодушия, царство благости, милосердия, кротости и долготерпения: как можно войти в него тому, кто имеет огорчение, досаду, злопамятство на своего брата, кто не имеет согласия и мира с своими ближними, сонаследниками Царства Божия?

   Потому, в-третьих, что всякая вражда первоначально от диавола. Он первый восстал враждой на Бога Творца своего, первый возмутил мир и тишину Царства Божия, первый увлек и человека в противление воле Божией и посеял вражду в человеческом роде. Что же делают из себя все непримиримо враждующие с ближними и братиями своими, как не чад диавола, как называет таких людей Сам Господь? И где им место, как не с духами отверженными?

   Потому, далее, что мир Божий, нарушенный грехопадением и происшедшей от того враждой и разделением, восстановлен в человечестве ценою крови единородного Сына Божия, Его крестными страданиями и смертью: яко Тем благоизволи Бог примирити всяческая в Себе, умиротворив Кровию Креста Его, чрез Него, аще земная, аще ли небесная. Что же делает враждующий с своими ближними, как не разрушает дело спасения, совершенное Сыном Божиим, как не попирает и ни во что вменяет святейшую Кровь Его?

   Потому, наконец, что мир сердца есть благодатный плод Духа Святаго, обручение и залог Его благодатного пребывания в душе нашей: плод бо духовный есть любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие. Потому мирное или немирное состояние сердца есть верный признак того, обитает ли в сердце человека Дух Божий – Дух мира, любви и благости, или же дух от лукавого, который по самому существу своему есть дух вражды и злобы.

   б) Не подумайте, братия, чтобы недостаток мира с ближними можно было заменять другими какими-либо добродетелями или подвигами благочестия. Где нет мира, там нет и истинной любви христианской; а без любви, по учению апостольскому, ничтожны все дарования, даже чудодейственные, бесплодны все добрые дела, хотя бы кто роздал нищим все имение свое, бесполезны все подвиги, даже мученические. Без искреннего примирения с братьями своими невозможно ни приступить к престолу Божию, ни отверзать уста свои на молитву к Отцу небесному; иначе самая молитва наша будет нам во грех: аще принесеши дар твой ко олтарю, и ту помянеши, яко брат твой имать нечто на тя, остави ту дар твой пред олтарем, и шед прежде смирися с братом твоим, и тогда пришед принеси дар твой.

   в) Как, скажете, достигнуть миролюбивого расположения духа? Св. апостол Павел указывает самые верные к тому средства. Положив в основание своего учения искреннюю, нелицемерную любовь к ближнему, как главный источник всех добродетелей, как начало истинной духовной жизни во Христе, как основание мира и единодушия со всеми, он представляет ее в следующих, более частных чертах.

   аа) Братолюбием друг ко другу любезни: честию друг друга больша творяще. Главный источник всех несогласий, раздоров и вражды есть наше самолюбие, – то именно, что мы почитаем себя лучше других, более других сведущими и благоразумными, менее других грешными пред Богом. Заключите же этот нечистый источник; представляйте себя худшими всех братий своих пред Богом, грешнейшими паче всех человеков, более других склонными к ошибкам, заблуждениям и падениям: тогда убедитесь сами, что мы не только не имеем права оскорбляться словами своих братий, раздражаться их поступками, – напротив, обязаны воздавать им честь и уважение.

   бб) Благословите гонящия вы, благословите, а не кляните. Это другая, высшая ступень к снисканию мира со всеми: всем и обо всех говорить только благое слово, всем желать только благословения от Господа, о спасении всех молиться от искреннего сердца, – тем паче не злословить кого-либо, тем паче не клясть даже тех, которые делают нам всякое зло.

   вв) Ни единому же зла за зло воздающе и не себе отмщающе, промышляюще же добрая ко всем. Это третья ступень к достижению мира со всеми, т. е. не только словами, а и самым делом надобно показывать любовь свою ко всем. И первее всего не воздавать злом за зло. Если не можешь так овладеть своим сердцем, чтоб оно вовсе не возмущалось враждебными словами других, не раздражалось их вредоносными действиями, то удержи хотя язык свой, чтобы не возбудить из одного, быть может, необдуманного слова целого пламени вражды и ссоры. Дай время самому оскорбившему тебя обдумать слова свои, дай место собственной его совести обсудить его поступок, чтобы страсть мщения не причинила ближнему твоему гораздо большего оскорбления и не возбудила в нем еще большей ненависти и озлобления на тебя. В таком случае будешь сугубо виновен пред Богом: первое, что не исполнил Его Заповеди, повелевающей прощать всякое оскорбление и обиду: второе, что сделал зло своему брату и убил его душу враждою.

   гг) Венец истинной любви христианской есть благотворение врагам своим: аще убо алчет враг твой, ухлеби его, аще ли жаждет, напой его. Не побежден бывай от зла, но побеждай благим злое. Тогда и с ненавидящими мира будешь мирен. Быть не может, чтобы сердце человеческое могло так закоснеть в злобе, чтобы не тронулось искренним, чистосердечным незлобием и кротостью гонимого. Самый ожесточенный враг Давида, Саул, сознался, наконец, в своей неправоте пред ним: праведен ты паче мене, яко ты воздал ми еси благая, аз же воздах тебе злая.

   III. Не правда ли, братия мои, что, если бы каждый из нас искренно решился следовать правилу апостольскому – иметь мир и святыню со всеми, сколько прекратилось бы и исчезло зол, нестроений и бедствий, отягчающих нашу жизнь в обществе! (Составлено по проповедям Димитрия, архиепископа Херсонского, т. V).

Поучение 2-е. Свв. апостолы Иродион, Агав, Руф, Асинкрит, Флегонт и Ерма

(Труды свв. апостолов)

   I. Ныне Св. Церковь воспоминает свв. апостолов от 70-ти: Иродиона, Агава, Руфа, Асинкрита, Флегонта и Ерма. Св. ап. Иродион, родом из Тарса КиЛикийского, сродник св. апостола Павла, был епископом Неопатрийским и много пострадал за веру от иудеев и язычников. Однажды они замучили его до полусмерти, но благодатью Божией апостол выздоровел и в Риме проповедовал Евангелие со св. Петром. По мученической же кончине Петра он был усечен мечом. О нем упоминает ап. Павел в послании к римлянам (гл. 16, 11).

   Св. ап. Агав, исполненный духа пророческого, проповедовал в странах, окружавших Иудею. В Деяниях апостолов упоминается о нем. «В те дни пришли из Иерусалима в Антиохию пророки. И один из них, по имени Агав, встав, предвозвестил Духом, что по всей вселенной будет великий голод, который и был при кесаре Клавдии». (11, 27–28).

   Тот же Агав предвозвестил, что ап. Павла ожидают в Иерусалиме узы.

   Об ап. Руфе, бывшем епископом в греческом городе Фивах, упоминает ап. Павел в послании к римлянам: «Приветствуйте Руфа, избранного в Господе, и матерь его и мою» (гл. 16, 13).

   Тут же упоминает он и об ап. Асинкрите, который был епископом в Иркании, об ап. Флегонте, епископе Марафонском, ап. Ерме, епископе Далматском.

   II. Все эти святые апостолы ревностно проповедовали слово Божие по вселенной и перенесли мучения за веру Христову. В день, посвященный их памяти, не бесполезно сказать нечто о трудах, понесенных апостолами.

   а) Исполняя завещание своего Учителя и Господа, святые апостолы тотчас по вознесении Его на небо и по сошествии на них Святаго Духа вступили в великое служение всемирных проповедников Евангелия. Св. Петр в самый день сошествия Святаго Духа своей проповедью обратил ко Христу три тысячи душ; а чрез несколько времени, исцелением хромого от рождения при храме Иерусалимском и проповедью о Христе, приобрел для Церкви Христовой пять тысяч человек. С того времени как он, так и прочие апостолы не переставали проповедовать Христа, Спасителя мира, иудеям и язычникам, рассеянным по всем известным тогда странам. Таким образом исполнилось повеление Христово, данное апостолам: шедше в мир весь, проповедите Евангелие всей твари (Мк. 16, 15). Действительно, из уст апостолов услышали проповедь Евангелия все части тогдашнего мира: и Азия, и Африка, и Европа: и можно было, без преувеличения, сказать, что во всю землю изыде вещание их, и в концы вселенныя глаголы их (Рим. 10, 18). Так святые апостолы основанную на краеугольном камени Иисусе Христе благодатную Церковь Божию утвердили и распространили, поставили в ней пастырей, – епископов, пресвитеров и диаконов, учредили чин совершения таинств, показали образцы общественного богослужения и спасительное учение веры и жизни христианской преподали навсегда в своих Богодухновенных писаниях.

   б) Какой же был конец трудов апостольских? Чем воздал мир проповедникам Царствия Небесного? Все они претерпели истязания, темницы, раны, мучение, смерть. Один св. Иоанн Богослов, переживший всех апостолов и претерпевший мучение и заточение, умер своей смертью. За то Бог возлюбил их и прославил их еще в жизни сей многими знамениями и чудесами. За то они и теперь на небесах радуются и торжествуют в славе Божией купно с святыми ангелами. А что будет, когда откроется всеобщее Царство Божие? Сам Господь сказал им: егда сядет Сын человеческий на престоле славы Своея, сядете и вы на двоюнадесяте престолу, судяще обеманадесяте коленома Израилевома (Мф. 19, 28). Вот какая честь и слава уготована в вечности святым славным и всехвальным апостолам!

   III. Почтим и мы, братия, святых апостолов, призвавших и нас, недостойных, в святую Церковь Божию и соделавших нас причастниками благодати Христовой. Будем прославлять их в благодарных молитвах и прибегать к ним с умиленным прошением об избавлении нас от всех бед и зол. Святая Церковь научает нас взывать к ним так: молите за ны, святии апостоли, да избавимся от бед и скорбей; вас бо теплыя предстатели ко Спасу стяжахом (отпуст. тропарь на вечерне). Богу нашему слава во веки веков. Аминь. (Составлено по кн. «Сеятель благочестия». прот. В. Нордова, т. I, изд. 1891 г.).

Девятый день

Поучение 1-е. Преп. мученик Вадим

(Нужно слушаться голоса совести)

   I. Св. преподобномученик Вадим, память коего совершается ныне, жил в IV веке в одном персидском городе при царе Сапоре. Соорудив на свои средства монастырь за городом, он подвизался тут. В это время в Персии поклонялись солнцу и огню. Сапор начал преследовать христиан. Многих из них заключили в темницу, в числе их и Вадима. К сожалению, не все из них оказались твердыми в вере, некоторые отреклись от веры. В числе отрекшихся был некто Нирсан князь. Сапор потребовал от Нирсана, чтобы он, в доказательство своего искреннего отречения, умертвил Вадима. Нирсан согласился, но лишь поднял руку с мечом, как совесть заговорила в нем, он затрепетал, и рука опустилась. Но Нирсан не послушался голоса совести, снова поднял дрожащую руку с мечом и, хотя не в один раз, обезглавил преподобного, который бестрепетно принял мученическую смерть.

   После смерти преподобномученика Вадима Нирсан, купивший себе жизнь отречением от Христа и невольным убийством мужественного исповедника Христовой веры, лишился душевного мира и радости, совесть не давала ему покоя, он умер смертью самоубийцы.

   II. Из краткого очерка жизни св. мученика Вадима мы видели, братия, какое дерзкое преступление совершил богоотступник Нирсан, и как, мучимый совестью, он дошел до отчаяния, закончившегося самоубийством. Так опасно сделаться жертвой терзаний совести и так необходимо во время слушаться спасительного голоса совести.

   Вот основания, почему нужно слушаться этого голоса совести.

   а) Совесть есть сила нашей души, побуждающая нас к добру и предостерегающая от зла, есть истолковательница нравственного закона, начертанного Богом на сердцах наших, есть голос Божий в нас. Требования совести сходны с предписаниями закона Божия письменного, откровенного. Чему научает, что повелевает закон Божий, тому научает, то внушает и совесть. Что запрещает закон Божий, то запрещает и совесть. Закон Божий повелевает веровать в Бога, почитать Его паче всех созданий, повиноваться Ему, как Владыке всяческих, бояться Бога, как праведнейшего Судию, любить Его больше всего, благодарить Его, как всещедрого Благодетеля, надеяться на Него, как на Всеблагого и Всемогущего; то же внушает нам и совесть.

   Внимайте же, братия, своей совести и неотложно исполняйте, что она внушать будет. Совесть есть истинный учитель; слушающий ее не подвергается преткновениям. Совесть во всех делах ваших употребляйте вместо светильника: потому что она все дела ваши в жизни, как худые, так и добрые, показывает совершенно.

   б) Совесть наша не только располагает – побуждает нас к добру и предохраняет от зла, но она вместе беспристрастно и неподкупно судит нас за те или другие действия наши, беспощадно и неумолимо карает нас за всякое зло, содеянное нами. Совесть – истинное домашнее судилище. «Преступник может избежать иногда суда человеческого, но он никогда не избежит суда своей совести», – учит св. Григорий Назианзин (Epist. 5). Совесть чувствует каждое движение сердца, каждому намерению, желанию, каждой мысли, каждому делу дает надлежащую оценку; зло она осуждает, устрашает, задерживает, а добро похваляет, одобряет, поощряет; за зло наказывает беспокойством, страхом, стыдом, угрызениями, тоской, за добро награждает миром, самодовольством, самоуслаждением, радостью неземной. Что заставляло тяжких уголовных преступников открывать свои тайные преступления, зная, что за них будет им кара суда человеческого? Не обличения ли совести, не дающие им покоя? Отчего овладевает вором робость, прелюбодеем стыд, убийцей страх, святотатцем трепет, когда ими совершаются злодеяния в темноте ночной, неведомо для других? Не от преследования ли их совестью? Отчего многие закоренелые злодеи и тяжкие преступники, совершавшие много злодейств и преступлений без смущения и страха, наконец, решались на самоубийство? От восстания против них подавленной доселе совести, от ее резких обличений и невыносимых угрызений. Так случилось с Иудой предателем, который, будучи жестоко мучим пробудившейся в нем совестью, удавился; так случилось, как мы видели, и с Нирсаном богоотступником; так случится и со всяким, заглушающим голос совести.

   в) Правда, бывают люди, коих совесть не судит, не обличает, не мучит: но эти люди либо взошли на верх добродетели, либо ниспали в бездну порока. Совершенного праведника не за что совести обличать и угрызать, а в совести, замаранной грехами, и великие грехи незаметны; точно также, как в закопченном зеркале не видит смотрящий в него ни лица своего, ни недостатков своих. Душа грешника, не обличаемого совестью, – это море, тихое на поверхности, но во глубине его гнездятся и движутся гади, им же несть числа! Мнимое спокойствие такого грешника, – это тишина пред бурей, потому что, рано или поздно, но придут наконец минуты, когда заглушенный им голос совести раздастся со всей силою в душе его и потрясет все ее существо, как потрясают своды небесные сильные раскаты грома. Таковые минуты бывают при невзгодах житейских и в особенности минуты предсмертные, когда все, совершаемое нами во всю жизнь нашу, начиная с раннего детства, предстанет пред нами так ясно, как на ладони, покажется нам совершенным как бы вчера, а в загробной жизни угрызения совести соделаются для грешников тем червем неумирающим и огнем неугасающим, о котором говорится в Евангелии.

   III. Итак, братия, нам необходимо жить по закону Божию и по совести, чтобы для нас совесть была не жестоким обличителем и мучителем, а благим и кротким утешителем и руководителем; необходимо развивать и изощрять совесть нашу изучением писанного закона Божия и наставлений Богомудрых учителей. (Составлено с дополнениями по проповедям, приложенным к «Руководству для сельских пастырей», 1891 г., июнь).

Поучение 2-е. Св. мученик Евпсихий

(Служение Богу должно ставить выше всего)

   I. Ныне Св. Церковь совершает память св. мученика Евпсихия. Он был родом из Кесарии каппадокийской, человек богатый и знатный, воспитанный с детства в правилах христианской веры. Пришедши в юношеский возраст, он вступил в брак. Случилось, что в самый день его брака происходило языческое празднество. Во время брачного пира Евпсихий увидел толпы язычников, шедших в капище для жертвоприношения. Негодование и святая ревность разгорелись в его сердце. Он взял с собою нескольких христиан и, отправясь в капище, сокрушил идола и капище разорил.

   Не замедлили донести об этом поступке императору Юлиану. Евпсихий знал, что его ожидает; он стал раздавать имущество свое бедным и молитвою готовиться к священному мученичеству. Действительно, Юлиан, узнав о его поступке, предал Евпсихия страшным истязаниям; но ангел Божий укреплял его среди мучений, и он терпеливо вынес и долговременные истязания, и заточение, пока, наконец, был усечен мечом. Идольское же капище не было восстановлено, потому что сам Юлиан вскоре погиб в войне с персами.

   II. Св. мученик Евпсихий, в самый день брачного пира своего не задумавшийся идти на разрушение языческого капища, научает нас, братия, тому, что служение Богу должно ставить выше всего земного.

   а) Нынешних христиан, по образу их жизни, можно разделить на три части.

   Одна часть, к сожалению весьма малая, совершенно и безраздельно предана Богу, всегда думает о служении Ему, усердно и спокойно, по мере сил, исполняет святые обязанности пред Богом. Без сомнения и они, как люди, впадают иногда в грехи, ибо, доколе человек живет на земле во плоти, он не в состоянии быть вовсе свободным от грехов, но они постоянно каются в них и еще усерднее служат Богу. Такие-то люди составляют наследие Божие; их называет священное Писание солью земли, светом мира, семенем святым, избранниками Божиими, сынами царствия и другими утешительными наименованиями.

   Другая часть христиан совершенно иного, противоположного направления в жизни. Некоторые христиане только по имени называются христианами, но в делах своих не следуют за Христом. Они думают только об этой земной жизни, они уважают мамону и усердно ей служат. Их сердце совершенно холодно для служения Богу, их Бог – чрево. О таких людях только можно молиться Богу, чтобы умягчил их сердца и направил на путь правды.

   Наконец, третью и более многочисленную часть христиан составляют те, кои колеблются между двумя господами: Богом и мамоной, и которые хотя и желают служить Богу, но не могут свергнуть с себя иго мамоны. Им-то говорит Господь: не можете служить двум господам.

   б) Это непостоянство, это колебание есть величайший недостаток нынешних многочисленных христиан. Некогда в Ветхом Завете между евреями стало распространяться и усиливаться идолопоклонство. Нечестивый израильский царь Ахав воздвигнул кумир Ваала и стал сам служить ему и привлекать к тому же всех своих подданных. Начались сильные колебания и сомнения между евреями. Не знали, кому служить и что делать; от страха к царю поклонялись Ваалу, но тайно многие не переставали служить живому Богу. В это время Бог воздвиг великого пророка Илию. Он собрал весь народ израильский и сказал им: долго ли вам хромать на оба колена? Если Господь есть Бог, то последуйте Ему: а если Ваал, то ему последуйте (3 Цар. 18, 21). Так следовало бы объявить и тем христианам, которые хотят служить и Богу, и мамоне. Если ты, брат мой, знаешь Господа Иисуса Христа, веруешь, что Он истинный Бог, Искупитель и Спаситель мира, то служи и повинуйся Ему одному. Зачем ты рабствуешь пред миром? Зачем ты думаешь, что ты можешь служить и Богу, и мамоне?

   в) На это, быть может, ты мне ответишь: я точно желаю повиноваться и работать Богу и, по возможности, повинуюсь Ему: но что мне делать, каким образом свергнуть иго мира сего? Нужды телесные вынуждают меня думать и об этой земной жизни, покоряться обычаям света, заботиться о приобретении средств для телесной жизни. Но, брат мой, Господь и не требует от тебя оставить мир со всеми его заботами; иное дело думать и заботиться о телесной жизни и иное – рабствовать миру. Господь требует от тебя только не работать миру и мамоне так, как Богу.

   Если захочешь и будешь разумен, то ты можешь все житейские дела и заботы обратить как бы в служение Богу. Что может быть утешительнее этого? Каким бы малым или великим трудом и делом ни занимался ты – твое занятие будет служением Богу, если ты пред началом труда призовешь Бога в помощь, трудишься усердно и охотно, и по окончании трудов благодаришь Бога. Всякая, например, торговля, по-видимому, не может считаться служением Богу, да и на самом деле весьма часто, к сожалению, превращается в служение мамоне; но если человек торгует честно и правдиво, богатством не гордится, в бедности не малодушествует, и от прибыли своей уделяет на добрые дела усердно, то этим самым он освящает свое занятие. Всякая добрая мать семейства трудится дни и ночи для блага и счастья своей семьи, она следует своему сердечному влечению, и вместе с тем исполняет свой священный долг и, по слову апостола, спасется чрез чадородие, если пребудет в вере и любви, и в святости с целомудрием (1 Тим. 2, 15). Достойный слуга служит своему господину за вознаграждение, но если служит он усердно, честно, и находится в вере Христовой, то служение его сочтется за христианскую добродетель. Точно также и всякий истинно верующий христианин во всех своих делах служит Богу. И все, что вы делаете, словом или делом, все делайте во имя Господа Иисуса Христа, благодаря чрез Него Бога Отца (Кол. 3, 17). Или, как тот же ап. Павел пишет: и все, что делаете, делайте от души, как для Господа, а не для человеков (Кол. 3, 23). Словом, кто поступает по правде, чистосердечно, помнит Бога, имеет совесть, – тот есть слуга Божий. Кто же несправедлив, зол, ленив, сварлив, завистлив, тот есть раб мамоны, а не Божий.

   III. Да избавит нас Бог от рабства мамоне и участи его рабов, даруя нам работать Господу во все дни живота нашего. Аминь. (Составлено по «Словам и речам» Гавриила, епископа Имеретинского, изд. 1893 г.).

Десятый день

Св. мученик Терентий и дружина его (Африкан, Максим, Помпий, Зинон Александр, Феодор, Макарий и прочие с ними)

(О причинах равнодушия христиан в отношении к вечной жизни)

   I. Когда правитель африканской провинции Фортунат объявил всенародно указ императора римского Декия, требовавшего принести жертвы идолам, то он выставил при этом и орудия казни для устрашения тех, кто не захотел бы повиноваться указу. Этим он действительно устрашил слабейших из христиан, но встретил непреклонное сопротивление в Терентии и дружине его, память коих совершается ныне, «не убоявшихся убивающих тело, но душу убить не могущих»…

   – Поклонитесь лучше богам, – настаивал закоренелый язычник, – иначе вы все погибнете в жестоких мучениях…

   – Напрасно ты думаешь устрашить нас, – возразил Терентий, – мы уже сказали тебе, что мы – христиане. Безумием было бы для нас бояться смерти, чрез которую открывается вечная блаженная жизнь для христиан. На Христа возложили мы надежду нашу и не боимся мучений, потому что веруем, что останемся победителями.

   Видя твердость исповедников, Фортунат предал их жестоким и разнообразным истязаниям, но Бог чудно поддерживал мучеников и никакие страдания не победили их терпения. Наконец, приговоренные к смерти, они радостно приняли казнь, славя и восхваляя Господа до последней минуты… Тела их были с благоговением похоронены христианами.

   II. Братия-христиане! Св. мученик Терентий и другие, пострадавшие с ним, не убоялись ни мучений, ни смерти и с радостью приняли казнь, славя и восхваляя Господа до последней минуты.

   Какая же причина их св. неустрашимости, их радости во время мучений и в виду смерти? Их живая и крепкая вера в бытие вечной жизни, блаженной для праведных и верных Христу и мучительной для нечестивых и богоотступников, как то сами они исповедали пред своими страданиями. К сожалению, нынешние христиане далеко не могут сказать, что они владеют такой живой и крепкой верой в будущую жизнь, какой владели и какой жили первенствующие христиане, и в особенности св. мученики.

   Отчего же у многих христиан такое гибельное хладнокровие к своей участи в жизни будущей? Дадим ответ на этот очень немаловажный вопрос.

   а) У наибольшей части людей самая главная причина их хладнокровия к своей участи в будущей жизни заключается в недостатке их веры. Они веруют в жизнь будущую, но веруют так слабо, что этот столь важный предмет веры почти не трогает их сердца, и они едва-едва иногда вспоминают о нем. Они веруют, что душа бессмертна; веруют, что будет вечное блаженство, будут вечные муки; веруют, что, по определению Божия правосудия, вечное блаженство будет достоянием праведных, а грешники будут страдать в вечных муках; веруют, говорю, всему этому, но не усвояют сердцем всей этой великой и страшной истины, – не размышляют, что значит быть в вечном блаженстве или в вечных муках, – особливо, что значит быть в вечных муках, которые невыразимо болезненны, страшны и ни на минуту не ослабляемы. Вот главнейшая причина хладнокровия к участи в жизни будущей, – хладнокровия грешного, богопротивного и погибельного.

   б) У иных людей причина их хладнокровия к своей участи в будущей жизни заключается в их излишней привязанности к миру и к его благам. Многие так прилепляются к временному, что почти уже не могут и помышлять о вечном. Все их сердце, так сказать, приковано к благам только земным. Все их умственные силы заняты только земными вещами, приносящими какую-нибудь низкую, земную радость или временное довольство и удобство в жизни. Вопросы: как вести житейские дела, как ускорить житейские работы, как увеличить житейские выгоды, как поставить промысл на лучшую ногу, как усовершить хозяйство и сделать земную жизнь приятной и довольной, – эти вопросы наполняют всю их голову так плотно, что туда нельзя пробиться никакой иной мысли. Вот вторая причина хладнокровия к участи в жизни вечной, действующая во многих людях не только бедных, но и зажиточных, богатых и даже самых богатых, которые бывают мало довольны своим состоянием.

   в) У других людей причина хладнокровия к вечной жизни заключается в том, что они заражены каким-либо грехом, к которому давно привыкли, который сделался у них, так сказать, необходимым, и которого потому не хотят или не решаются оставить. Если б эти люди хорошо размыслили о вечности: о будущем суде и о том, блаженна ли будет их вечная участь по смерти или несчастна, то это обеспокоило бы их и заставило бы их озаботиться исправлением своей жизни. Но забота об исправлении жизни потребовала бы от них строгого наблюдения за своим сердцем, искоренения в себе привычного греха: а этот грех так им любезен или так необходим, что они, когда проявляется в них мысль о будущей жизни, тотчас стараются забыть ее и истребить из своей головы. А дабы эту мысль забыть и истребить из головы, они непрестанно ищут рассеянности и – предаются рассеянности всякого рода. Быть дома только с самими собою для них – несносная скука и мука.

   Итак, вот причины, по которым весьма многие люди не думают о своей участи в будущей жизни; и однако ж нет предмета, о котором должно думать больше.

   III. Братия! Весьма нужно чаще думать о вечной жизни, именно о том, что кроме настоящей скоро текущей жизни есть жизнь другая, которая никогда не прекращается; что эта вечная жизнь будет такова, каково человек жил в здешней жизни, т. е. крайне блаженна, если он жил благочестиво и добродетельно, или невыразимо мучительна, ежели он жил греховно и умер нераскаянно. (Составлено по «Словам и речам» Григория, архиепископа Казанского и Свияжского).

Одиннадцатый день

Св. священномученик Антипа

(Без трудов и подвигов нельзя наследовать Царствия Божия)

   I. Поставленный во епископа города Пергама Иоанном Богословом в то время, когда еще везде царило язычество, св. Антипа епископ должен был вести упорную и трудную борьбу с господствовавшим верованием. Наконец, во время гонения, воздвигнутого Домицианом, он был взят, как распространитель гонимого нового учения, и представлен правителю города.

   – Ты ли Антипа, – спросил его игемон, – который не только сам не повинуешься царским указам, но еще и других учишь не почитать их?… Жрецы доносят, что языческие храмы пустеют, они жалуются на оскудение жертв, говорят, что разгневанные боги перестали покровительствовать городу, в котором не воздается подобающая им почесть…

   – Бессильны те боги, которые требуют приношений от людей, – возразил Антипа, – и потому они – ложные боги; верить в них – заблуждение… Истина же в том, чтобы веровать в Бога всемогущего, Христа, сшедшего с неба, чтобы спасти род человеческий… Безумием было бы то, если бы, приближаясь к кончине, я отрекся от спасительной истины, которую постиг разум мой, просвещенный изучением Божественных писаний. Сознай сам эту истину, если не хочешь погибнуть…

   Возбужденные до ярости словами святителя, язычники, схватив его, повлекли в храм богини Артемиды и там, раскалив медного быка, бросили в него исповедника веры. Осеняя себя крестным знамением, св. мученик предал свою душу Богу.

   II. Возлюбленные братия и чада о Христе! Мы видели, какой мучительной смерти предан был св. священномученик Антипа! Но этой мученической кончиной его только завершился ряд его страданий за Христа то в борьбе с своей плотью, то в борьбе с миром, и в особенности нечестивыми язычниками, среди которых он жил, то в борьбе с врагом нашего спасения – диаволом.

   Труден был путь его жизни, жестокая борьба; много препятствий он преодолел, чтобы достигнуть Царствия Божия.

   Но без трудов и подвигов нельзя достигнуть Царствия Божия. Об этом учит слово Божие, это свидетельствуют все святые и в том числе ублажаемый ныне св. священномученик Антипа.

   а) Слово Божие говорит нам, что Царствие Небесное нудится и нуждницы восхищают е, т. е. Царствие Небесное, как величайшее благо, требует со стороны человека постоянной внутренней борьбы против греха, постоянного упражнения во всем богоугодном, спасительном, а потому только те сподобятся вечного блаженства, которые сопротивляются греху и деятельно стремятся к святости.

   Из сказанного очевидно, что мы имеем назначение в этом мире не для наслаждения земной жизнью, не для веселья, а для борьбы, в которой главные наши враги: грехолюбивая плоть наша, лукавый обольстительный мир, и дух злобы – диавол, ярость коего против нас неописана, ее невозможно и изобразить. Слово Божие уподобляет его рыкающему льву, ищущему кого бы поглотить. А мы осуетившиеся, живущие беззаботно, кому подобны? Подобны мы людям, воображающим, что они прогуливаются по бесконечной равнине, тогда как стоят они на краю стремнины, но не видят этого и видеть не хотят. Душевная наша слепота закрывает от нас опасность положения нашего: мы только и думаем, что об удовлетворении своих суетных желаний, об удовольствиях этой жизни и о прочем подобном, а мысль о висящей над головой нашей беде, о грехах наших, о суде Божием и о предстоящей нам бесконечной загробной жизни не только далека от нас, но и вовсе ее нет у многих из нас.

   Восстанем мужественно, призовем на помощь Всемогущего, разорвем сети диавольские, посрамим его и обрадуем нашего ангела хранителя. Размыслим со вниманием, что ради спасения нашего Господь сошел с неба, претерпел страшные страдания, завершившиеся позорной на кресте смертью; а мы надеемся спастись без малейшего труда. Но суетна наша надежда, ибо многими скорбми подобает нам внити в Царствие Небесное.

   б) Все святые свидетельствуют, что без трудов нельзя спастись. Прочтем жития святых, угодивших Богу, и что в них увидим?.. Иные труженики провели всю свою жизнь в пустынях в строгом подвижничестве, покаянии и денно-нощно слезных молитвах, лишали себя даже необходимого; другие – посвятили себя на апостольское служение, спасение ближних, постоянно заботились не о своем благе, а о благе ближних своих, претерпевали бесчисленные скорби и гонения, и самым делом исполнили Заповедь Божию: больше сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя.

   Наконец, видим бесчисленные лики мучеников, которые кровью своей запечатлели любовь свою к Богу. Итак, пред нашими глазами страшная картина страданий!.. Пострадал Спаситель мира, пострадали и все близкие Его, все возлюбившие Его, почему и сказал Он: иже не приимет креста своего и вслед Мене грядет, несть Мене достоин. Как же мы хотим наслаждаться этой жизнью, и, в веселье проводя дни свои, спасти душу? – Очевидно, что суетна наша надежда, напрасно наше ожидание.

   в) Если истинно хотим мы спастись, то должны, при помощи Божией, сопротивляться царствующему в нас греху, быть настороже, как бывает в военное время, в опасении внезапного нападения врага; зорко следить за внушаемыми им помыслами злобы, гордости, сребролюбия, сластолюбия и многими иными; с гневом отгонять их от себя, как лютых наших врагов, и понуждать себя непрестанно к любви, смирению, милосердию, воздержанию, покаянию и прочим душеспасительным добродетелям, внимательно слезя за дурными своими привычками.

   III. Во всех добрых начинаниях и намерениях наших будем призывать Господа на помощь, зная и ведая, что без Него не только что-либо доброе сделать, но и помыслить не можем: Он, Спаситель наш, того только и ждет, дабы мы, как упоминаемый в Евангелии блудный сын, познали свое бедственное положение и обратились к Нему, небесному Отцу своему, с сердечным покаянием: согреших, Отче, на небо и пред Тобою, и уже несмь достоин нарещися сын Твой, сотвори мя яко единаго от наемник Твоих (Прот. Г. Дьяченко)

Двенадцатый день

Поучение 1-е. Преп. Василий исповедник, епископ Парийский

(Все религиозные обряды должны быть проникнуты духом веры и любви к Богу)

   I. Преп. Василий был епископом города Пария, в Малой Азии, почему и называется Парийским. Жил в VIII веке при иконоборце Льве Исаврянине и много пострадал от него за иконопочитание.

   II. Преп. Василий был ревностным иконопочитателем. И теперь можно найти немало людей, которые заботятся об иконопочитании вообще и благоговении ко всему святому и ревностно исполняют все церковные обряды. Но следует заметить, что одни обряды, без веры, без духа и дел любви, не спасут и нас. Все внешнее в деле веры спасительно только тогда, когда оно служит выражением внутреннего; поэтому каждое наружное религиозное действие должно быть проникнуто духом веры и любви к Богу. Крестное знамение, поклоны, стояние на молитве, посещение храма Божия, целование креста, икон – все это имеет значение, цену спасительного дела, когда бывает выражением тех добрых святых чувствований, верований, желаний, стремлений, которые находятся в душе нашей.

   Вы изображаете на себе крест, – блюдите при сем, чтобы изображение креста было непременно выражением веры вашей в распятого Христа, знаком непрестанного нашего памятования о Его страданиях, претерпенных за нас.

   Вы дома становитесь на молитву, или в храм идете молиться, – блюдите, чтобы любовь к Богу, чувство благоговения, благодарности к Нему влекло вас в храм и вообще на молитву, а не на что-нибудь иное лицемерное, нечистое, греховное.

   Вы поститесь, – это дело доброе; но поститесь не по обычаю только, не по заведенному порядку, не по подражанию другим, не в перемене только одного рода пищи на другой поставляя пост, но в умеренном употреблении и постной пищи; поститесь для усмирения плоти своей. Пусть пост ваш будет выражением любви к Богу, желанием угодить Ему исполнением Его святых Заповедей. Вы говеете, исповедуетесь, причащаетесь Св. Таин, – бойтесь, как бы и это не было одним холодным, мертвым обрядом. Пусть же будут эти великие, спасительные таинства истинным стремлением души к примирению с Богом, к соединению со Христом и к исправлению жизни нашей. Спасает нас вера, любовь к Богу, а не одни наружные действия.

   III. Нельзя нам, братия, ограничиваться в деле веры одним холодным исполнением обрядов ее. Если будем так поступать, то и об нас скажет Господь то же, что говорил об иудеях: приближаются Мне людии сии усты своими, и устами чтут Мя: сердце же их далече отстоит от Мене. Не имеющих духа благочестия, но только старающихся казаться благочестивыми Христос называл гробами украшенными, которые снаружи красивы, а внутри исполнены всякой нечистоты. В деле веры проникнемся лучше духом любви, и тогда только наше благочестие будет истинное, в чем бы ни выражалось оно, тогда и соблюдение обрядов будет спасительно, как выражение искренней веры и нелицемерной любви к Богу. (Составлено по Четьи Минеям и Беседе на апостол. чт. прот. П. Шумова).

Поучение 2-е. Преп. Исаак Сирин

(Бог обличает и посрамляет неправедных стяжателей)

   I. Преп. Исаак, память коего совершается ныне, был родом из Сирии, но проводил подвижническую жизнь в Италии, близ города Сполето. Здесь он устроил сначала для себя малую келью, но вскоре собралось к нему много учеников, желавших под его руководством спасаться в иноческом житии. Так устроился монастырь, где братия с молитвенными подвигами соединяли телесные труды, возделывая землю в насажденном ими виноградном саду. Преподобный особенно старался внушить братии нестяжательность и трудолюбие, запрещая пользоваться плодами чужих трудов. Он говорил: «Я знаю брата, который, когда жал на поле и захотел съесть пшеничный колос, спрашивал хозяина: позволишь ли мне съесть пшеничный колос? Так был осторожен брат от неправедного стяжания, которое обыкновенно начинается с малого и незаметно доводит человека до великого злоприобретения»… Однажды преп. Исаак велел с вечера вынести на ночь в монастырский вертоград все земледельческие орудия, сколько их было в монастыре. Вставши утром, велел приготовить довольное количество пищи и после утреннего богослужения повел братию в сад. Когда они пришли, то увидали столько работающих, сколько было земледельческих орудий. Это были нощные тати, пришедшие для похищения плодов. Бог переменил их злой умысел и обратил к тому, что должно составлять обязанность всякого, желающего спокойно есть свой хлеб, т. е. к труду. Так чудесно посрамленных Богом похитителей преподобный велел накормить и отпустить, снабдив их хлебом.

   В другой раз пришли к преподобному чужестранцы в ветхих рубищах и просили одежд для прикрытия наготы своей. Это были люди под видом нищеты прибегшие к обману, чтобы воспользоваться милосердием преподобного, не отказывавшего никому в пособии: они оставили свои одежды в ближайшем лесу, в дупле одного дерева. Преподобный, одаренный от Бога духом прозорливости, провидел этот обман, послал одного из братии принести утаенные одежды и отдал их странникам, обличив их таким образом в недостойном прошении милостыни.

   II. Из этих примеров, взятых из жизни преп. Исаака Сирина, извлечем для себя два назидательных урока:

   а) Первый урок тот, что пред всевидящим оком Божиим все открыто, и еще в здешней жизни, по суду Божию, не бывает «ничего тайного, что не сделалось бы явным, ни сокровенного, что не сделалось бы известным и не обнаружилось бы» (Лк. 8, 17). Всякая ложь, обман и хищение, как бы ни были лукаво скрыты человеком, большей частью или прямо открываются и наказываются стыдом и гражданскими взысканиями, или сопровождаются ниспосылаемыми от Бога бедствиями для вразумления нарушителей Заповедей Божиих. Ежедневный опыт научает нас, что зле приобретенное зле и погибает. Вносящий неправедное стяжание в дом свой все равно что вносит огонь, поядающий и то достояние, какое он имеет, – потому что легкая нажива неправдой и обманом отучает человека от благотворного трудолюбия, приучает к праздности, которая есть мать всех пороков, и таким образом неизбежно ведет человека к нищете и погибели. Сеявый злая, пожнет злая: язву же дел своих совершит (Притч. 22, 8), – говорит Премудрый. Если же в настоящей жизни и сокроет человек следы своих тайных преступлений и неправды в отношении к ближним своим, то не избегнет он будущего праведного мздовоздаяния, когда приидет Господь, Иже во свете приведет тайныя тьмы и объявит советы сердечные (1 Кор. 4, 5).

   б) Из примера пр. Исаака мы также научаемся тому, что в тех случаях, когда наше внешнее благосостояние страдает от обмана и хищения злых людей, мы не должны воздавать злом за зло. Предоставьте суду Божию и правосудию гражданскому нарушителей правды и законов общежития, но в душе своей любите врагов ваших… и молитесь за обижающих вас (Мф. 5, 44). Не без воли Божией бывают с нами беды от коварства злых людей: в каждом из подобных случаев истинный христианин должен усматривать Божие посещение для нашей же пользы душевной. Воздавать же злом за причинение нам ущерба во тленных и скоро преходящих благах значит наносить еще больший ущерб душе своей, лишая ее драгоценного дара любви, который есть самое высшее для нас благо, как совокупность совершенства (Кол. 3, 14). Поучимся же, братия, по слову апостола, побеждать благим злое (Рим. 12, 21), дабы пробудить совесть нарушителей правды и предохранить их от дальнейших преступлений силой любви долготерпящей и прощающей.

   III. Молитвами преп. Исаака Сирина да избавит нас Господь от греха неправедного стяжания и да сохранит нас Он от мести нашим врагам. Аминь. (Составлено с дополнениями по № 12 «Московских Епархиальных Ведомостей» 1879 г.).

Тринадцатый день

Св. священномученик Артемон

(Великое значение имени человека вообще и христианского имени в особенности)

   I. Св. священномученик Артемон, память коего совершается ныне, во время великого Диоклитианова гонения на христиан, пред страданием позван был к допросу; на вопрос, как его зовут, святой отвечал: «Если ты хочешь знать мое имя, то уразумей, что, когда я был в матерней утробе, мне дано от Самого Бога имя Артемон».

   II. Этими словами св. священномученик Артемон желал, очевидно, выразить ту истину, что имя человека вообще, и в особенности христианина зависит не от случая и имеет великое значение.

   Часто имя святого, которое нам дано, указывает по своему значению качества, которые мы должны иметь в жизни, например, имена Веры, Надежды и Любви – научают тех, которые носят их, иметь веру в Бога, надежду на Него и любовь к Нему и ко всем.

   Тем более имена, которые, по Божиему предведению, предрекаются людям еще до их рождения, должны непременно знаменовать образ их жизни. Так, Крестителю Господню дано было от Бога еще до рождения имя Иоанн, в ознаменование того, что он и родился по благодати Божией, и исполнен будет благодати. Имя Господа Иисус предназначено архангелом Гавриилом еще во время благовещения Пресвятой Богородицы в знамение того, что Он спасет люди Своя Израиля, ибо еврейское слово Иоанн значит по-русски «благодать», а Иисус – значит «спасение». – Артемон, слово греческое, толкуется так: «малое ветрило», в знамение того, что он как бы корабельщик с малым парусом и сам достигнет тихого пристанища Царствия Небесного и других руководит к тому же пристанищу.

   Имя, даваемое всякому христианину при крещении, указывает на те преимущества и блага, которые даруются крещаемому.

   а) Во-первых, Св. Церковь, нарицая нас новым именем в таинстве св. Крещения, усыновляет нас Богу Отцу о имени единородного, возлюбленного Сына Его, Господа нашего Иисуса Христа, Который непостижимым снисхождением Своим к падшему роду человеческому, крестными страданиями и смертью заслужил нам право чадами Божиими быти, верующими во имя Его. Таким образом, мы из сынов гнева и проклятия по естеству соделываемся чадами любви и благоволения Божия по благодати. Во всех обстояниях и нуждах жизни можем со дерзновением приступать к престолу благодати, просить и вопиять о помощи, ибо Сам Господь неба и земли уверяет нас: еже аще что просите от Отца во имя Мое, то сотворю, да прославится Отец в Сыне. Аминь, аминь глаголю вам, яко елика аще чесо просите от Отца во имя Мое, даст вам; просите, и приимете. При всех превратностях мира, во всех самых скорбных обстоятельствах жизни можем быть уверены совершенно, что и влас главы нашей не погибнет без воли Отца нашего небесного. Что может быть отраднее и утешительнее сих поистине божественных обетований?

   б) Нарицая своим святым именем, Св. Церковь сопричисляет нас к собору верующих всех мест и времен, вводит в общение со всеми о Христе братиями нашими – живущими и умершими, творит членами таинственного Тела Христова, гражданами благодатного Царствия Божия. Отселе мы вводимся в обладание всех благ, которые даровал Господь сынам благодатного Царства Своего. Нам отверзается вход в храм Божий к слушанию слова Божия, которое есть нетленная пища нашего духа. Нам даруется право приступать к бессмертной и пренебесной трапезе, приобщаться Плоти и Крови Сына Божия, в коих состоит истинная жизнь наша, и без коих мы мертвы навеки по словеси Господню: аминь, аминь глаголю вам: аще не снесте плоти Сына человеческого, ни пиете крови Его, живота не имате в себе; ядый Мою плоть и пияй Мою кровь, имать живот вечный. Нам даруется право пользоваться всеми таинствами Церкви, в коих преизливаются токи божественной благодати, всегда немощная врачующей и оскудевающая восполняющей, коими обновляется и животворится дух наш, освящается самое тело в жилище Божие, в храм Духа Святаго. Нам, и после грехопадений, отверзаются двери покаяния, даруется оправдание и помилование, возвращается дар Божественного сыноположения. Какое же приобретение драгоценнее приобретения быть причастником божественного естества, пользоваться невозбранно неистощимым сокровищем благодати Божией?

   в) Нарицая своим именем, Св. Церковь соединяет нас родственным, преискренним союзом с одним из тех блаженных небожителей, кои, скончав благочестно и богоугодно земное странствие, преселились в небесные обители, где вместе с ангелами выну видят лице Отца нашего небесного. Дорого ценят люди украшаться именем, прославленным в бытописаниях человеческих, но может ли быть славнее имя, как имя прославленное Богом, вписанное в книге живота вечного, имя пророка или апостола, мученика или исповедника, святителя или преподобного?

   Счастлив человек, который имеет нелицемерного и искреннего друга, мудрого и опытного руководителя в жизни: как же счастливы все мы под благодатным кровом Святой Церкви, которая дарует нам такого друга, который не изменит никогда, которого крепкая аки смерть любовь не оставит нас во всю вечность; такого руководителя, который премудрее и опытнее всех мудрых земли, водительству коего должно ввериться несомненно, ибо он верно приведет туда, где сам!

   III. Стольких великих благ удостоены мы туне чрез дарование нам Св. Церковью св. имени христианского, чрез введение нас дверью св. Крещения в благодатное царство Христово! Благословен Господь, воссиявший нам свет веры и благочестия! Благословен Господь, утвердивший благодатное Царство Свое в отечестве нашем и запечатлевший нас святым именем сынов Божиих и наследников Царствия Своего от самой колыбели! (Прот. Г. Дьяченко).

Четырнадцатый день

Поучение 1-е. Свв. мученики литовские: Иоанн, Антоний и Евстафий

(Об отречении от Христа)

   I. При литовском князе Ольгерде, ревностном язычнике, двое литовских юношей, братья Нежила и Круглец, приняли христианство и названы Иоанном и Антонием. Ольгерд, узнавши, что они христиане, стал отвлекать их от веры, но, видя их твердость, заключил в темницу.

   Старший брат Иоанн, из страха мучений, отрекся от Христа. Ольгерд, думая, что и другой брат последует примеру старшего, велел возвратить обоих на прежние должности. Иоанн наружно исполнял языческие обряды, но, оставаясь втайне христианином, просил Бога простить ему грех лицемерия. Антоний часто уговаривал брата оставить такой образ действий и открыто объявить себя христианином. Ольгерд, узнав, что Антоний оставался верным Христу, вновь заключил его в темницу, а Иоанна оставил при себе. Но Иоанн не имел спокойствия. Христиане видели в нем отступника, язычники презирали его за малодушие. Мучимый совестью, он пришел к христианскому священнику Нестору, искренно сознался в своем лицемерии и просил примирить его с братом. Когда Нестор передал это Антонию, тот сказал: «я не могу иметь ничего общего с братом, пока он не исповедует явно своей веры. Если он искренно кается, пусть объявит, что он христианин». Слова эти были переданы Иоанну, и он, оставшись однажды наедине с Ольгердом, сказал, что он христианин, а потом открыл то же и пред целым собранием язычников. Ольгерд предал его мучениям, а потом заключил в темницу. Здесь братья встретились и примирились. Ольгерд осудил их на казнь и наперед приказал казнить Антония, думая, что казнь брата заставит Иоанна отречься от Христа. Антоний, ожидая казни, провел всю ночь в молитве и убеждал брата твердо хранить веру. 14 апреля 1347 г. Антоний был повешен на высоком дубе. После этого язычники стали убеждать Иоанна отречься от Христа, но, когда он остался тверд в вере, его повесили на том же дереве, на котором скончался брат его. Вскоре здесь же мученически скончался и Евстафий, слуга Ольгерда.

   Впоследствии на месте мучения построена была церковь во имя св. Троицы и в нее внесены тела мучеников. Св. митрополит московский Алексий установил совершать память трех литовских мучеников 14 апреля.

   II. В день памяти свв. мучеников литовских, из коих один едва не отрекся от Христа Спасителя, уместно будет побеседовать с вами, братия, об отречении от Иисуса Христа, как таком грехе, который навсегда и безвозвратно лишает отрекшегося неба и вечного блаженства.

   Прежде отрекались от Христа по принуждению, устрашаемые нестерпимыми пытками и муками. В наше же время многие впадают в тот же грех добровольно, не боясь ни церковной кары, ни того, что от них отречется Иисус Христос на страшном Суде Своем.

   а) К числу отрекающихся христиан прежде всего должно отнести тех, которые утратили веру в Божеское достоинство и искупительные заслуги Иисуса Христа, отвергают Его учение о единосущии Его с Богом Отцом и об искупительном значении Его страданий и крестной смерти; не веруют в догматическое учение христианской веры, а из нравоучения Христа признают только немногие Его наставления, да и те толкуют превратно.

   б) В грехе отречения от Христа повинны, далее, те, которые веруют во Христа как Богочеловека и Искупителя, но не веруют во Его святую Церковь. Они мечтают спастись непосредственным общением со Христом помимо установленной Им Церкви. Воображая, что имеют непосредственное общение со Христом, они не признают для себя нужными таинства церковные, следовательно, чужды благодати Христовой, в них сообщаемой; не подчиняются церковному священноначалию, следовательно, Самому Христу, чрез него действующему, не обращая внимания на слова Самого Христа, сказанные апостолам и в лице их преемникам их служения, пастырям Церкви: слушаяй вас, Мене слушает, и отметаяйся вас, Мене отметается (Лк. 10, 16). Так относятся к Церкви собственно сектанты. К сожалению, им подражают многие из православных, когда, не прерывая общения с Церковью, не участвуют или весьма редко участвуют в общественном богослужении, не приступают к таинствам исповеди и причащения, не соблюдают постов, чуждаются общения с пастырями церковными, обращаясь к ним только в случае необходимой нужды.

   в) Близки к греху отречения от Христа те христиане, о которых должно сказать то же, что сказал апостол о ложных чтителях Бога: Бога исповедуют ведети, а делы отмещутся Его (Тит. 1, 16). Это – христиане только на словах. Если верить их словам, они вседушно веруют во Христа и Его святую Церковь и обиделись бы, если бы кто назвал их нехристями. Но на деле они действительно нехристи, ибо нерадят об исполнении Заповедей Христовых. Называют Христа Господом, а воле Его, выраженной в Его Заповедях, не покоряются. Именуют себя Его рабами, но живут по своей воле, следуя внушениям самолюбия и страстей. Они делом отрекаются от Христа, Которого исповедуют словом. Привычка к нехристианской жизни убила в них христианский стыд и страх Божий и делает их дерзкими нарушителями Заповедей Христовых.

   III. Никому не дай, Господи, умереть без покаяния в отречении от Христа, ибо отвергающиеся от Христа здесь подвергаются опасности быть отринутыми от Него на том свете. (Составлено по «Душеполезным чтениям» 1884 г., август, стр. 459, и другим источникам).

Поучение 2-е. Свт. Мартин исповедник, папа Римский

(О правой вере)

   I. Свт. Мартину, память коего ныне, Господь судил быть архипастырем в Риме в то время, когда в большой силе была так называемая монофелитская ересь. Она состояла в том, что в Иисусе Христе признавали одну только волю Божественную, хотя природы признавали в Нем две – и Божескую, и человеческую. Этим неправильным учением заражен был сам император Констанс и даже константинопольский патриарх. Но что же значит все это для человека, твердо преданного истине? Для него все равно, если бы даже весь свет отступил от истины, он и тогда не изменит ей. Таков и был свт. Мартин. Император требовал, чтобы свт. Мартин принял неправильное учение, но Мартин не согласился и говорил: «Если бы мое тело раздробили на части, и тогда я не изменю православному учению». И действительно не изменил. Его лишили сана, сослали в заточение, но он остался православно верующим до самой смерти. Бог за это наградил его. Когда скончался он, то от его мощей было много чудес.

   II. а) Итак, недостаточно только веровать, но нужно правильно веровать, – только правая вера спасает нас.

   Поэтому нужно слушать только православных проповедников, принимать к сердцу только православное учение – только то, которое хранит св. православная Церковь. Горе тем, которые учение св. православной Церкви считают устарелым, ищут чего-то нового в Церкви, желали бы преобразовать самую Церковь. Нет, Церковь есть столп и утверждение истины, в ней, как в сокровищнице, хранится все, что предано ей Иисусом Христом, Начальником и Основателем веры, и апостолами, распространителями веры. Не ее нужно преобразовать, а она должна нас преобразовывать, совлекая с нас внешнего человека и облекая в нового, воспитывая нас для неба, для Царствия Небесного. Ее учение есть та спасительная закваска, которой должен проникнуться весь мир, все живущее человечество. И если б сам ангел с неба стал благовествовать не то, что благовествовали апостолы, да будет анафема. Между тем и в нынешнее время есть лжеименные, самозванные учители, которые дерзновено проповедует учение свое, а не то, которое проповедуется в Церкви, проповедуют не устно только, но и печатно. Если бы кому из нас где-нибудь пришлось встретиться с подобными лжеучителями, то убежим от них, закроем очи, уши, чтобы не слышать их обольстительных словес, и не видеть коварных и хитрых действий их. А если бы вкралось в нашу душу какое-нибудь сомнение в истине своего верования и заметили бы мы в себе хотя малейшее сочувствие к их учению, скорее пойдем к пастырям, постановленным церковной властью для нас, им откроем волнение души своей, у них попросим разрешения недоумений своих, и они дадут нам его, и скажут все, что нужно для утверждения верования нашего. Во всяком случае будем тверды в исповедании своей правой веры и небоязненно будем всюду исповедовать ее, подобно св. Мартину, неубоявшемуся даже ссылки, лишения сана, которым подвергли его.

   б) Да, нужно быть готовым за веру на все, чтобы только уберечь, сохранить ее. Дороже веры не может быть ничего. Сбережем веру, сбережем все, – потеряем веру, потеряем все. Вера есть то сокровище, тот драгоценный бисер, ради которого нужно пожертвовать всем, дорогим для нас в жизни сей. Что жизнь наша без правой веры? Это безотрадное существование на земле. Что даже самые добрые дела наши – милостыня, пост, молитва – без правой веры? Все это не может успокоить нашего духа, не может дать истинной радости нашему сердцу. Покой духа, радость сердца в обладании правой верой, и все добро, совершаемое нами, и Богу приятно, и нам полезно только при правой вере. Преп. Никита исповедник, гонимый за веру и желая избавиться от этих гонений, согласился совершить литургию с патриархом еретиком, к чему его принуждали. Но как только сделал это, потерял всякое спокойствие в своей душе. Он начинает плакать о своем грехе, но и слезы не успокаивали его, – совесть продолжала мучить его. И он тогда только совершенно успокоился духом, когда явился в город и стал снова обличать еретиков в их заблуждениях, за что и взят был на новые мучения. Да, наше счастье во Христе, в вере в Него, в сохранении и исповедании правой веры. Все отступники от правой веры достойны слез и всякого сожаления. (См. приложение к № 15 журнала «Кормчий» за 1896 г.).

   III. Пожалеем, братия, заразившихся тем или другим ложным учением и возблагодарим Бога за то, что Он помогает нам хранить веру правую – ту, которую исповедует вся православная Церковь. Великая это милость Божия и великое счастье нам от Господа. О, когда бы нам с этой верой и жизнь свою скончать! А для этого будем веру правую выражать делами добрыми – будем стараться жить по вере. Жизнь сообразная с верою привлечет к нам благодать Божию, которая поможет нам окрепнуть в вере настолько, что уже никакие соблазны, никакие искушения не увлекут нас к измене вере. Вера войдет в плоть и кровь нашу, сделается неотъемлемым достоянием нашего духа. Не удовлетворяясь этим, будем стараться возлюбить чтение и изучение слова Божия, житий святых, равно чтение и других духовно-нравственных книг, написанных в духе православной веры. Тогда не только сами устоим в вере, но будем в состоянии и других маловерных утверждать и привлекать к ней. О, когда бы так было! Будем умолять св. Мартина исповедника веры, и он поможет нам. (Составлено по указанным источникам).

Пятнадцатый день

Свв. апостолы от 70-ти: Аристарх, Трофим и Пуд

(О причинах ненависти к апостолам современного им мира)

   I. Св. апостолы Аристарх, Трофим и Пуд, ныне прославляемые, были сотрудниками св. первоверховных апостолов Петра и Павла в их апостольской деятельности. Все они были обезглавлены при императоре Нероне.

   Аристарх обращен ко Христу апостолом Павлом; упоминаемый в послании к колоссянам (4, 20), он был епископом в Апамее сирской. Кончина его произошла при императоре Нероне; он был обезглавлен в одно время с апостолами Павлом, Пудом и Трофимом.

   Св. Пуд, упоминаемый во 2-м послании св. Павла к Тимофею (4, 21): «Приветствуют тебя Еввул и Пуд и все братия», был римским сенатором и благочестивым человеком; он принимал в дом свой святых первоверховных апостолов Петра и Павла и всех христиан, так что дом его служил как бы церковью.

   Об апостоле Трофиме, бывшем родом из Эфеса, обращенном ко Христу св. апостолом Павлом, упоминается в «Деяниях апостольских» (20, 4 и 21, 29), что он сопровождал апостола Павла на его пути благовествования, и во 2-м послании к Тимофею (4, 20) Павел говорит: «Трофима же я оставил больного в Милете». Последовав за Павлом и во время гонения при императоре Нероне, он был в 64-м году обезглавлен вместе с ним и другими апостолами.

   II. Так все святые апостолы, ныне воспоминаемые Церковью, пострадали за Христа. Спрашивается: чем виновны св. апостолы были пред миром, что он так ненавидел их, преследовал, гнал их? Что же за причина общей ненависти к ним современного мира?

   а) Аз дах им слово Твое, и мир возненавиде их (Ин. 17, 14). Так пояснил Сам Господь причину всеобщей ненависти, которую встретили в мире первые ученики Его, которую встречали потом и все, последовавшие стопам их.

   Они приняли от Господа и возвещали миру слово истины, – и царствующие в мире ложь и заблуждения, предрассудки и суеверия, тогдашние ереси и расколы не могли не восстать против них со всей свойственной лжи и предрассудкам злобою.

   Они учили чистоте и святости жизни, требовали умерщвления в себе злых похотей и страстей, очищения себя от всякой скверны плоти и духа, – и живущая в мире похоть плотская воспротивилась им всей силой нечистых страстей своих.

   Они требовали самоотвержения, учили смирению и нищете духовной, кротости и терпению, простоте сердца и незлобию, благодушному перенесению всех оскорблений, напастей и озлоблений, упованию на Бога и преданности Его всесвятой воле, – и царствующая в мире гордость житейская отвращалась от них с презрением, сопровождала их насмешками и поруганием, предавала истязаниям и темницам.

   Вообще, когда человек живет жизнью мира и находится во власти века сего, когда он любит греховную тьму свою и отдается всем сердцем необузданной воле страстей своих: тогда он не только не любит света и убегает от него, но и ненавидит свет и старается угасить его, если можно; тогда все святое, божественное становится ему ненавистным и как бы враждебным; тогда он устремляется всей силой ума своего против учения евангельского, вооружается всей злобой сердца своего против самых проповедников сего учения, против людей праведных и благочестивых, живущих жизнью Христовой.

   б) Ненависть мира ко всему святому, небесному, божественному всегда та же. Правда, в наше время она выражается иначе, нежели прежде. Теперь не терзают последователей Христовых пытками и муками, не отдают на съедение зверям, не сожигают на кострах, не распинают на крестах; но отвращение от слова истины и правды, но презрение к христианскому учению о самоотвержении и нищете духовной, о кротости, смирении, долготерпении, ненависть к слову обличения, требующему истинного покаяния и исправления жизни, – всегда те же. И современные Христу иудеи говорили: «Если бы мы были во дни отцев наших, мы не были бы участниками их в пролитии крови пророков», а сами гнали, мучили и убивали посланных Господом проповедников Евангелия. И то правда, – мы, по-видимому, благоговеем к памяти великих провозвестников слова Божия, прославляем их подвиги, удивляемся их нелицеприятному слову истины и правды. Но ведь и иудеи строили богатые надгробия пророкам и украшали раки праведных, а похвалил ли их за это Господь? Нет, потому что, украшая раки праведников, они не последовали их вере и благочестию, не подражали святой и праведной их жизни; созидая гробы пророков, не исполняли их наставлений, не веровали предвозвещенному ими Искупителю мира.

   III. Истинное почитание великих провозвестников слова Божия состоит, братия, в том, чтобы, по наставлению св. апостола Павла, взирающе на скончание жительства их, подражать вере их, последовать их богоугодному житию и их добродетелям; надобно усвоить себе их ревность о славе Божией, их кротость и смирение, их незлобие и терпение, их милосердие и сострадание к собратиям своим, их воздержание и самоотвержение. Молю же вы, братия, подобни мне бывайте, яко же аз Христу. Вот последнее отеческое желание и заповедь, которую завещал св. апостол Павел всем чадам своим о Господе. (Составлено по проповедям Димитрия, архиепископа Херсонского, т. II).

Шестнадцатый день

Свв. мученицы Агапия, Хиония и Ирина

(Как христианин должен относиться к сновидениям?)

   I. В житии ныне прославляемых св. мучениц сестер Агапии, Хионии и Ирины есть следующий рассказ. Во время гонения, воздвигнутого Диоклетианом, когда все темницы римские были переполнены христианами, утешителем и наставником их был старец Хрисогон. Он неутомимо бодрствовал над теми, кому предстояло трудное испытание, приготовляя их к мученическому подвигу. – Не могло утаиться от гонителей такое влиятельное противодействие их стараниям истреблять христиан. Хрисогон был взят и предан смерти (память его 22 декабря). Обезглавленное его тело было брошено на берегу моря. Близ этого места жил христианский священник Зоил, и по соседству с ним проводили уединенную, благочестивую жизнь три сестры-девы: Агапия, Хиония и Ирина.

   Пресвитер Зоил, узнав, что тело лежит непогребенным, взял его и схоронил у себя в доме. В 30-й день по кончине мученик Хрисогон явился во сне пресвитеру и сказал ему: «Да будет тебе известно, что в течение следующих девяти дней три живущие близ тебя девы будут взяты на мучение. Скажи рабе Божией Анастасии (узорешительнице, помогавшей св. мученикам), чтобы она позаботилась о них и приготовила их к предстоящему им испытанию и мученической кончине… И о себе самом будь спокоен: скоро ты примешь от Господа воздаяние за труды твои и упокоишься со святыми»…

   Подобное же сновидение имела и Анастасия. Она узнала, где живут три сестры христианки, поспешила к ним и провела с ними всю ночь в беседе и приготовлении их к предстоящему им подвигу.

   Недолго пришлось им оставаться в ожидании его… Молодые девицы были взяты за исповедание веры Христовой и заключены в темницу.

   Скоро земная их участь была решена: люди произнесли им смертный приговор. Узнав, что они обречены на сожжение, христианки воскликнули: «Благодарим Тебя, Господи Иисусе Христе, что привел нас быть исповедницами имени Твоего».

   II. Выслушивая этот рассказ, вы, братия, вероятно обратили внимание на то, что и благочестивый пресвитер Зоил, и св. Анастасия узорешительница поверили бывшим им от Бога сновидениям и поступили согласно сделанным чрез них указаниям. Это обстоятельство, вероятно, возбуждает вопрос: как христианин должен относиться к сновидениям? Всем ли снам он должен верить?

   Еще языческие мудрецы различно судили о снах.

   Один языческий мудрец (Протагор) говорил: «Каждый сон имеет свое значение, свой смысл, и для человеческой жизни полезно обращать на сны внимание». Другой же языческий мудрец (Ксенофан) объяснял, что все сны пусты и обманчивы, и что заблуждается тот, кто обращает на них внимание и устрояет по ним свои дела. – Истины нужно искать в средине, т. е. во-первых, не на все сны надобно обращать внимание, но, во-вторых, не все сны надобно презирать, считать их пустыми.

   а) Во-первых, говорим, не на все сны надобно обращать внимание. Сам Бог увещевает людей чрез Моисея «не гадать по снам» (Лев. 19, 26). «Безрассудные люди, – говорит Сирах, – обманывают самих себя пустыми и ложными надеждами; кто верит снам, тот подобен обнимающему тень или гоняющемуся за ветром; сновидения совершенно то же, что отображение лица в зеркале» (34, 1–3). Большая часть снов суть только естественное следствие возбужденного воображения человека. О чем человек днем думает, чем он сильно заинтересован, чего он страстно желает, – это и снится ему. Св. Григорий рассказывает об одном человеке, который безрассудно верил снам и которому во сне обещалась долгая жизнь. Он собрал много денег, чтобы иметь чем благополучно прожить долгую жизнь свою, но вдруг заболел и вскоре умер, и таким образом не мог сделать никакого употребления из своего богатства, и в то же время не мог взять с собою в вечность никаких добрых дел. Следовательно, есть много снов пустых и обманчивых, которые ничего не значат и на которые не надобно обращать внимания.

   б) Но, во-вторых, есть и такие сны, которые имеют значение для нас и на которые надобно обращать внимание. Укажем для примера на сон Иосифа, одного из двенадцати сыновей патриарха Иакова. Иосифу снилось, что он с отцом и братьями жнет на поле пшеницу: сноп Иосифа стоял прямо, а снопы отца и братьев окружили его и поклонились ему. Этот сон точно исполнился: по истечении некоторого времени Иосиф, преданный братьями в Египет, сделался владыкой Египта, и приехавшие в Египет отец и братья его должны были кланяться ему и почитать его. Точно также сбылся пророческий сон фараона, царя египетского. Если бы фараон не обратил внимания на этот сон и не сделал больших запасов хлеба в урожайные годы для годов неурожайных, то он горько раскаялся бы: жители Египта, а также отец и братья Иосифовы умерли бы голодной смертью.

   И многие из людей, а может быть и из находящихся среди нас, имеют причину раскаиваться в том, что не обратили внимания на некоторые сны свои. Вот для примера один рассказ. Один беспутный юноша, не слушавший увещаний своих лучших друзей, направлявших его на другую, лучшую дорогу, увидел однажды во сне своего отца, который строго повелевал ему оставить беспутную и безбожную жизнь и жить лучше; но юноша не обратил никакого внимания на свой сон. Тогда он снова видит такой же сон: ему снова снится отец, который заявляет сыну, что если он не переменит своей жизни, то в такой-то день его застигнет смерть, и он предстанет на суд Божий. Юноша рассказал шуточно о сне своим подобным же ему товарищам, и не только не думал об исправлении жизни, но даже как бы хотел посмеяться над угрозой, полученной во сне. Именно на тот день, в который во сне отец угрожал сыну смертью, он назначил большую пирушку с товарищами. И что же? Среди винопития сына поражает внезапно апоплексический удар, и он чрез несколько минут умирает! Из приведенных здесь рассказов мы видим, что не все сны обманчивы и пусты; есть сны, которые действительно исполняются в жизни (См. «Проповедн. листок», № 9 за 1890 г.).

   III. Приведем в заключение несколько советов о том, как нужно относиться к сновидениям:

   а) Если сны побуждают нас к добру и удерживают от зла, то считайте эти сны перстом Божиим, указывающим вам на небо и отклоняющим вас от дороги к аду. Вот как об этом говорится в одной книге священного Писания: «Бог говорит однажды, и, если того не заметят, в другой раз: во сне, в ночном видении, когда сон находит на людей, во время дремоты на ложе. Тогда Он открывает у человека ухо и запечатлевает Свое наставление, чтобы отвесть человека от какого-либо предприятия и удалить от него гордость, чтобы отвесть душу его от пропасти и жизнь его от поражения мечом» (Иов. 33, 14, 18).

   б) Если же вы не уверены или не имеете разумной причины думать, что сон происходит от Бога, в особенности если сон касается не важных, безразличных предметов, тогда нет надобности обращать внимания на сны и устроять по ним свои действия; будьте осторожны, дабы, обращая внимание на каждый сон, не сделаться суеверным и не подпасть опасности согрешить.

   в) Если, наконец, сон соблазняет человека на грех, то он есть следствие нашего испорченного, расстроенного воображения, нашей фантазии, или же он происходит от того, от кого да сохранит нас Бог Своей благодатью, т. е. от диавола. (Прот. Г. Дьяченко).

Семнадцатый день

Поучение 1-е. Преп. Зосима, Соловецкий чудотворец

(О том, что иночество должно быть уважаемо)

   I. Преп. Зосима Соловецкий, память коего Св. Церковь совершает в настоящий день, был родом Новгородской области из села Толвуя, близ Онежского озера. От юности возлюбив иноческое житие, он отказался от супружества и искал уединенного места для жительства. По устроению Божию встретивши инока Германа, жившего (с преп. Савватием) на одном из Соловецких островов, Зосима узнал от него, что этот остров лежит на Белом море, на расстоянии двух дней плавания от берега, совершенно не населенный и только изредка в летнее время посещаемый рыбаками, в прочее же время недоступный по причине бурь и плавающих льдов. На этом острове и вознамерился преп. Зосима начать свое пустынное житие и упросил Германа довести его туда. Прибывши на остров, Зосима и Герман остановились близ одного озера, имеющего пресную воду и, построивши кущу, или шалаш, совершили всенощное бдение и молили Господа, да благословит их новое жительство. Утром. преп. Зосима, вышедши из кущи, был поражен необыкновенным светом, осиявшим место их остановки, и, поднявши взоры кверху, увидел на воздухе изображение великой и прекрасной церкви. Познав в этом видении Божие благоволение к предпринятому ими намерению, одинокие насельники пустынного острова, воодушевляемые примером подвизавшегося здесь прежде преп. Савватия, начали свое иноческое житие, пребывая в непрестанной молитве, в гладе и жажде, зиме и наготе, возделывая землю для своего пропитания.

   К уединенным подвижникам мало-помалу начали присоединяться желающие спасения, и таким образом собралось довольно братии. Преп. Зосима, устроив малую церковь в честь Преображения Господня, испросил благословение у Новгородского архиепископа освятить храм: архиепископ прислал новоустроенному монастырю игумена Павла. Так положено начало знаменитой Соловецкой обители!.. Когда игумен Павел и другой, присланный на его место, Феодосий не могли снести сурового климата и удалились, братия единодушно избрала игуменом преп. Зосиму, который и был рукоположен в Новгороде. По прибытии в обитель новопосвященного игумена, при первом совершении им Божественной литургии Бог утешил братию чудесным знамением, свидетельствовавшим о достоинстве нового настоятеля и о Божием к нему благоволении: лицо преп. Зосимы просветлело, как лицо ангела Божия, и во всем храме распространилось необыкновенное благоухание. Вскоре преп. игумен перенес в свой монастырь мощи преп. Савватия, начального подвижника, долго жившего на острове и прославленного Богом нетлением и чудотворениями.

   Преп. Зосима скончался в 1478 году 17 апреля, имев утешение видеть основанную им обитель благоустроенной и обеспеченной.

   II. Божие благословение и дивная помощь, являемая иноческим обителям православного отечества нашего, должны приводить нас, братия, к той мысли, что иночество составляет существенную потребность христианского общества, служит славой и украшением Святой Церкви.

   а) В иноческих обителях рассадник пастырей и блюстителей православия, там воссиял многочисленный лик угодников Божиих, подающих чудодейственную помощь всем, прибегающим к молитвенному ходатайству их перед Богом – там, в поучение грешному миру, живо и действенно сохраняются святые уроки богоносных отцов, благоугодивших Богу, преданный ими чин богослужения и порядок жизни, сообразный с духом христианской веры. Потому каждый член Церкви должен питать в себе уважение к иночеству и содействовать возможными средствами к благоустроению и украшению иноческих обителей.

   б) Особенно не должно доверять тем клеветам и хулениям, коими в настоящее время необузданное вольномыслие старается подорвать уважение православного русского народа к иночеству. Если нельзя порицать христианской веры за то, что многие из живущих в мире недостойно носят звание христианина, то так же несправедливо унижать иночество, если в нем являются немощные члены. Не несут иноки гражданских обязанностей наравне с прочими, живущими в мире, но зато иночество имеет высшее призвание к духовно-нравственному просвещению народа и доставлению религиозного утешения, – а в этом отношении заслуга иночества не может быть измеряема мерой вещественной пользы и осязаемой выгоды. Сотни тысяч православных богомольцев ежегодно стремятся в иноческие обители, даже самые отдаленные, как например обитель Соловецкую. – Кто может исчислить, сколько в этих богомольных путешествиях получается сердечной отрады, духовной мудрости, христианского терпения и силы к благодушному несению креста своего, сколько снимется тяготы, накопляющейся в душе человека от суеты и невзгод житейских!

   III. Молитвами преп. Зосимы да избавит нас Господь от греха осуждения иноческой жизни, которая для всех труждающихся и обремененных на этом бурном море житейского плавания есть самая надежная пристань, подающая истинную отраду и утешение. Аминь. (Составлено с дополнениями по № 13 «Московских Епархиальных Ведомостей» за 1879 г.).

Поучение 2-е. Священномученик Симеон, епископ Персидский

(Обязанности гражданские и христианские совместимы)

   I. В четвертом веке христиане, жившие в Персии, потерпели тяжкое гонение от царя персидского Сапора. Он жестоко угнетал христиан, налагал на них тяжкие подати, грабил и разорял христианские церкви и однажды велел призвать еп. Симеона, человека благочестивого, которого сами язычники уважали за добродетели его.

   Сапор стал увещевать Симеона отречься от Христа и поклониться солнцу, как это делалось в Персии, обещая ему за то великие награды; в случае же непослушания грозил истребить всех христиан в своем государстве. Но Симеон решительно отказался исполнить волю царя.

   – Почему ты теперь не повинуешься власти моей, если ты до сих пор был верен мне? – спросил царь.

   – Пока я мог исполнять повеления твои, не изменяя Богу моему, я во всем был тебе послушен, – отвечал епископ, – но ты требуешь теперь, чтобы я поклонился солнцу; это противно Заповедям Бога моего, и я готов лучше умереть.

   Разгневанный царь велел отвести Симеона в темницу и приказал, чтобы все христиане, находившиеся в темницах, были преданы смерти в самый тот день, когда воспоминаются спасительные страдания Господа нашего Иисуса Христа.

   В Великий пяток вывели на казнь до ста христиан. Между ними было несколько священников, диаконов и других церковнослужителей. Всех их приказано было казнить пред глазами Симеона, а его самого казнить после всех. Пред казнью один из жрецов громко возгласил: «Если кто из вас хочет остаться жить и поклониться солнцу, тот будет освобожден». Но никто не отозвался на эти слова: все предпочли жизнь бессмертную временной, земной жизни, и с благоговением выслушали увещания св. еп. Симеона, который говорил им о Боге и о Царствии Небесном. Все мужественно скончались; в заключении казнен был и Симеон.

   II. Поучителен, братия, ответ священномученика Симеона царю на его приказание поклониться идолам: «Пока я мог исполнять повеления твои, не изменяя Богу, я был тебе послушен, но раз ты требуешь того, что противно Богу, я готов лучше умереть». Итак, даже при языческих государях совместимы были обязанности гражданские и христианские, тем более теперь, при наших христолюбивых императорах, усердно исполняя обязанности гражданина, в то же время надобно со всей ревностью исполнять и обязанности христианина. Об этом и будет наше слово.

   Несправедлива та мысль, что служба Царю и отечеству не имеет тесной связи с служением Богу. Так могут думать только те, кои никогда с надлежащим усердием не служили Царю и отечеству; но люди, жертвующие спокойствием, здоровьем и даже жизнью своей, согласятся, что без помощи благочестия никакой общественной обязанности нельзя исполнить, как надобно, – что гражданин, мыслящий и живущий противно Евангелию, при самом успешном прохождении должностей своих, не может тем доставить ни себе чистого удовольствия, ни другим истинной пользы.

   а) И во-первых, без благочестия нельзя надлежащим образом исполнить никакой общественной должности.

   Конечно, и не имеющие в себе страха Божия люди вместе с прочими обществу служат; но как служат? Истинное служение обществу предполагает в служащем если не совершенное отречение от собственных выгод, то, по крайней мере, решительное предпочтение им общего блага. А люди, неимеющие в себе благочестия, чем побуждаются в отправлении возложенных на них должностей? Своим самолюбием. Что поставляют главной целью своей общественной службы? Личное возвышение или собственную корысть. Какие употребляют средства к скорейшему приобретению того или другого? Большей частью беззаконные, сопряженные со вредом для ближних. Гражданин, не боящийся Бога, служит отечеству, пока надеется получать от него верные выгоды: в противном же случае становится он или явным ему изменником, или скрытым его врагом. Одно христианское благочестие, следовательно, производит истинно усердных ревнителей общего блага. Одно оно, одушевляя гражданина высокой мыслью, что несущий бремя общественной службы есть некоторым образом орудие самого Промысла Божия, управляющего человеческим родом, – одно оно делает его способным ценить общее благо выше своего собственного и трудиться для пользы ближних в надежде будущего за это возмездия. В чьем сердце нет этих возвышенных чувств, внушаемых благочестием, тот не достоин называться сыном отечества, а разве его наемником и рабом.

   б) Далее, без благочестия самое успешное прохождение общественных должностей не может принести совершенного удовлетворения гражданину. То самое, в чем неимеющий страха Божия гражданин полагает свое верховное счастье, именно, удовлетворение господствующих в нем страстей – честолюбия и корыстолюбия, это самое служит источником непрестанных для него огорчений и вечных забот. По опыту известно, что всякая новая пища страсти не утоляет ее, а еще более увеличивает свойственный ей мучительный голод. Обладаемый страстями гражданин хотя получает от правительства и содержание, и почести: но может ли он быть довольным, когда некоторые из его сверстников по службе имеют больше его; когда другие, по его мнению, ничего не стоющие, совершенно равняются с ним? Всякая награда за службу, даваемая не ему, уже производит на него неприятное впечатление. Ему хотелось бы вдруг подняться на высоту земного могущества, и поэтому обыкновенный медлительный ход наград, получаемых им, нисколько не веселит его, как далеко не соответствующий его обширным видам и замыслам. Так-то зависть, гордость, подозрительность и нетерпеливость, всегдашние спутницы своекорыстного служения людям, непрестанно тревожат и мучат неимеющего благочестия гражданина, даже при успешном течении его общественной службы. Но что сказать, когда по каким-либо причинам откажут ему в заслуженной награде, заставят его сойти с занимаемой им степени и занять низшее в обществе место? Бесчисленные опыты доказали, что гражданин, у которого в сердце нет страха Божия, во время несчастия падает под бременем отчаяния. Совсем другие, противоположные чувства наполняют сердце того, кто, усердно служа Царю и отечеству, вместе с тем соединяет и ревностное служение Богу. Он всегда доволен тем местом, которое в обществе занимает, при всей неутомимой деятельности своей думает, что еще не заслужил вполне жалуемых ему наград и отличий, не заботится, как бы скорее вознестись на скользкую и опасную в обществе высоту, но успокаивается на средних степенях, как менее подверженных перемене. Если же и ему вместе с другими придется испытать неприятность по службе: то он великодушно примет ее за урок смирения и за случай загладить собственную вину безмолвным терпением. (См. «Собрание слов» священника Делекторского, изд. 1847 г.).

   III. Так, слушатели, благочестие необходимо для того, чтоб быть добрым, счастливым и благодетельным гражданином. Будем же помнить всегда, что тот не может быть верным слугой Царя, добрым сыном отечества, кто не есть вместе и усердный сын православной Церкви. Аминь. (Составлено по указанным источникам).

Восемнадцатый день

Преп. Иоанн, ученик прп. Григория Декаполита

(О том, как мы можем участвовать в распространении истины и добра)

   I. Св. Иоанн, ныне воспоминаемый Церковью, был учеником св. Григория Декаполита (память коего 20-го ноября). С юных лет он полюбил иноческие подвиги, пришел к Григорию и подвизался под его руководством. Жили св. Иоанн и Григорий в IX веке, во время иконоборческой ереси. Оба они из своего безопасного убежища прибыли в Константинополь, где особенно сильна была ересь, чтобы утверждать верующих в православии. Здесь преп. Григорий скоро скончался, а Иоанн еще подвизался до самой своей кончины, последовавшей в 820 г.

   II. Мы видели, братия, что преподобный Иоанн во время гонения на святые иконы со стороны иконоборческого императора Льва Армянина прибыл из своего безопасного уединения в столицу греческой империи, чтобы там утверждать малодушных и сомневавшихся в истинности православного учения о почитании св. икон. Так ясно он сознавал свою нравственную обязанность научать других истине и добродетельной жизни.

   Пример преп. Иоанна напоминает и нам, братия, о нашей обязанности участвовать в распространении истины и добра среди наших ближних и всех людей, удалившихся от истины и благочестия.

   Как же мы можем участвовать в распространении среди наших ближних света истины и добродетели?

   Чтобы распространять между людьми свет, или, иначе сказать, истину и добро, для этого, кажется, мы не знаем более открытых способов, как три следующие: слово, власть, пример. Слово действует убеждением, власть – праведно употребляемым могуществом, пример располагает к подражанию.

   а) Если служитель слова скажет вам: будьте благочестивы, человеколюбивы, воздержны, но если его наставления не написаны в книге собственной его жизни, то весь плод поучительного слова может заключиться в ответном слове: врачу, исцелися сам (Лк. 4, 23). Не говорю, чтоб так и должно было: но так всего скорее случиться может. Впрочем, Господь повелевает принимать справедливые и полезные слова и от тех, которых дела словам не соответствуют: вся убо, елика аще рекут вам блюсти, соблюдайте и творите; по делом же их не творите, глаголют бо, и не творят (Мф. 23, 3), – говорит Господь о лицемерных фарисеях.

   Но кто творит то, чему поучает, у того дело его и малому слову сообщает великую силу. Свет слова без силы дел есть блеск без жизни, скоро преходящий: свет добрых дел продолжает нередко светить и тогда, когда слово угасло, и за смертью делателя простирает долгую и широкую зарю.

   б) Повеления власти во многообразии своем, очевидно, не всегда могут сопровождаться примером повелевающего, который один не может употребить себя во все дела и должности, распределенные по разным степеням и разрядам подчиненности. Но где начальствующие и подчиненные могут идти одним путем, как, например, в истине веры, в добре нравственном, в делах человеколюбия и милосердия: там предшествующий пример власти как сильно, и вместе как приятно увлекает за собой подчиненность! Как вода с высших мест сходит на низшие, не всегда удерживаясь преградами: так нравственный дух высших состояний в обществе чрез подражание переходит в низшие, несмотря на некоторые преграды, поставляемые различием званий. Благочестие и человеколюбие владеющих и начальствующих, как солнце, без усилия сильно распространяет свет свой в круге подвластных.

   в) Но пример благочестивой жизни людей, которых состояние подобно не граду, стоящему на верху горы, но, может быть, только хижине под горою, может ли светить своим светом пред человеки? – Почему не так? И малый светильник в хижине увидит блуждающий странник, и пойдет на его свет, и найдет в хижине спасение от холодной ночи или зверя, и успокоится в безопасности, и обрадуется гостеприимству. И скромное доброе дело человека невидного в мире, если одушевлено добрым и святым намерением, есть дело света, которое и действует, как дело света, на видящих, привлекая к добру; и даже, под управлением Провидения, простирает иногда свое действие на неизмеримую даль. Посмотрите на указанную Спасителем вдовицу, которая по избытку благочестивого усердия последние две лепты положила в сокровищницу храма. Какое маленькое доброе дело! Но пред сколькими уже миллионами человеков просветилось оно, и еще будет просвещаться в Евангелии, уча одних делать добро и при малых способах, а других и в малых делах, и в малых людях высоко ценить доброе чувство и святую мысль.

   III. Молитвами преп. Иоанна да подаст нам Господь благодатную помощь распространять среди наших ближних истину и добро не только словами, но и примером нашей доброй жизни и властью, если мы к ней призваны. (Составлено по Четьи Минеям и проп. Филарета, митр. Московского, т. IV, изд. 1882 г.).

Девятнадцатый день

Преп. Иоанн Ветхопещерник

(Чем обнаруживается любовь к Богу?)

   I. Прославляемый сегодня св. преп. Иоанн называется Ветхопещерником, потому что спасался в лавре св. преп. Харитона, которая называлась ветхой или древней, как старшая из палестинских обителей. Лавра эта находилась недалеко от Вифлеема по направлению к Мертвому морю. Св. Иоанн из любви к Богу в молодых летах оставил мир и поселился в лавре, где в сане пресвитера достиг высокой степени святости. Жил он в VIII веке.

   II. Преп. Иоанн, из любви к Богу оставивший мир, невольно наводит на размышление о том, чем обнаруживается истинная любовь к Богу. Нужно ли для ее обнаружения всем и во всех случаях оставлять мир? Или нельзя ли, и живя в мире, заявить свою нелицемерную и свободную любовь к Богу? Без сомнения можно.

   Любовь к Богу, равно как и любовь к человеку, скрыться не может. Она непременно должна иметь свои заметные действия, свои внешние признаки. Какие же это признаки или действия, которыми обнаруживается любовь к Богу?

   Признаки, которыми обнаруживается всегда и везде любовь к Богу, многоразличны.

   а) К числу таковых признаков принадлежит, прежде всего, молитва, которую можно совершать на всяком месте, тем паче в храме.

   Пророк Давид весьма любил Господа Бога. Что ми есть на небеси, – говорил он, – и от Тебе что восхотех на земли? Боже сердца моего и часть моя Боже во век (Пс. 72, 25). Чем же, между прочим, в пророке этом обнаруживалась любовь к Богу? Молитвой. Он сам свидетельствует, что и днем и ночью молитва к Богу была любимым его занятием. Седмерицею днем хвалих Тя, Господи, – пишет Давид в 118-м псалме, да и в другом месте своих псалмов говорит он: в полунощи востах исповедатися имени Твоему, Господи (Пс. 118, 62). Так душа, любящая Бога, и вся и всегда в молитве более или менее напряженной. Как рыба живет в воде и водою, так и душа, любящая Бога, живет в молитве и молитвою. Это происходит оттого, что душа, любящая Бога, беспрестанно стремится, жаждет беседовать с возлюбленным ей Создателем. Поэтому у любящих Бога и вместе молитву бывает искреннее усердие часто посещать храмы Божии и приобщаться святых Христовых таин. Анна Пророчица, любившая Бога, от храма не отхождаше, как повествует Евангелие, но служаше там постом и молитвами день и нощь (Лк. 2, 38). А первенствующие христиане, любившие Бога, еженедельно приобщались Святых Таин Тела и Крови Христовой.

   б) Любовь к Богу обнаруживается еще охотой к чтению или слышанию слова Божия, которое также можно читать дома, не покидая для этого мирской жизни. Любящему Бога приятно слышать, что Бог Создатель его говорит, приятно знать, чего Царь небесный желает от людей. А потому таковому человеку сладко углубиться в слово Божие, сладко видеть дела премудрости Божией, сладко слышать глаголы воли Божией. Поэтому и пророк Давид, любивший Бога, любил и слово Божие. Коль сладка, – взывает он, – гортани моему словеса Твоя, Господи! Паче меда и сота (Пс. 117, 103). И недивно, потому что любящий Бога, читая или слушая священное Писание, находит в нем и то, что непрестанно напоминает ему о любимом, сладчайшем ему предмете, о Боге, и то, что развивает, усиливает, воспламеняет радостотворную, душеспасительную любовь к Богу.

   в) Кроме того любовь к Богу обнаруживается добродетельной христианской жизнью или, что то же, исполнением воли Божией. И это весьма естественно. Ибо и любящий какого-либо человека обыкновенно исполняет волю любимого человека. Так бывает и в делах любви к Богу. Любящий Бога охотно, с ревностью исполняет волю Божию. Об этом говорит Иисус Христос: имеяй Заповеди Моя и соблюдаяй их, той есть любяй Мя (Ин. 14, 21). Иоанн Богослов предполагает исполнение воли Божией там, где есть несомненная любовь к Богу. Сия есть любы Божия, – говорит наперсник Христов, – да Заповеди Его соблюдаем (1 Ин. 5, 3).

   Впрочем, не должно думать, чтобы любящие Бога в настоящей жизни не чувствовали вовсе склонности к злу и никогда не согрешали. Нет, и любящие Бога, доколе живут на земле, подвержены немощам греховным; но они, из любви к Богу, из желания угодить Создателю противятся злым своим склонностям, а если погрешают, то скоро приходят в себя, раскаиваются и обращаются к Богу с испрошением прощения. Таковые люди весьма сильно чувствуют тягость допущенного греха, сильно скорбят о прогневании Господа и с особенным усилием стараются восстановить благодатный сладкий мир с Богом, прерванный грехами. Вспомним об ап. Петре, как он, согрешив, плакал горько. В этом апостоле тогда горько плакала любовь к Богу, почувствовавшая горечь разлуки с Богом и стремившаяся к возобновлению общения с Богом. Как у друзей после разрыва любви нередко бывает возобновление любви с большей силой: так и у любящих Бога, после допущенного ими нарушения закона Божия, любовь к Богу, стремление к Богу и старание жить по закону Божию нередко, при содействии благодати Божией, возрастает, укрепляется и обнаруживается в обильных плодах добродетели.

   III. Да дарует нам Господь благодатную помощь, по молитвам преподобного Иоанна Ветхопещерника, обнаруживать свою любовь к Богу всеми силами своей души и мыслью, и словом, и делом. Аминь. (Составлено по «Словам и речам» Иакова, архиепископа Нижегородского, ч. III, изд. 4-е).

Двадцатый день

Поучение 1-е. Преп. Феодор Трихина

(О роскоши в одежде)

   I. Ныне ублажаемый преп. Феодор был сын богатых родителей, живших в Царьграде, но не прельстился благами земными, и, оставив мир, подвизался в пустыне, во Фракии. Он не носил иной одежды, кроме грубой власяницы. Прозвание «Трихина» – власяничник – получил от власяницы, которой изнурял свое тело.

   Прославляя преп. Феодора, Св. Церковь поет: «Явился еси предивен житием, Феодоре мудре отче, власяными рубы изменив паче царских сокровищ, яже на земли: сего ради небесную одежду восприял еси. Присно моли о нас, преподобне!» (Кондак)

   II. Преп. Феодор Трихина, отличавшийся необычайной умеренностью в употреблении одежды, служит живым укором тем христианам, которые чрезмерно заботятся о роскоши в одежде.

   а) Посмотрим на происхождение, цель и значение одежды. Возведите мысли ваши к первым дням вселенной, в которые человеческий род заключался в одной чете, только вышедшей из рук Создателя в совершенной чистоте и святости, – вы не найдете там никакого следа одежды. Беста, – говорит книга Бытия, – оба нага, Адам же и жена его, и не стыдястася (Быт. 2, 25). Но вкусили прельщенные лукавым змием от запрещенного плода, и разумеша, яко нази быша (Быт. 3, 7). Вот начало наготы! И сшиста листвие смоковное, и сотвориста себе препоясания (Быт. 3, 7). Вот происхождение одежды!

   Итак, что есть одежда наша? Она есть произведение беззакония; она есть слабое средство для кратковременного сохранения осужденного тела от действия стихий, совершающих его казнь; она есть прикрытие нравственного безобразия, соделавшегося естественным; она есть видимый знак человека-преступника; она есть всеобщий и всегдашний траур, наложенный раскаянием, по смерти первобытной непорочности.

   Что же делают те, которые с такой заботливостью наперерыв стараются блистать красотой и великолепием? Что же значит эта гордость, с которой имеющий на себе дорогую одежду едва удостаивает взора покрытую рубищем или полураздетую нищету, – эта ненасытимость, с какой некоторые со дня на день умножают свои наряды, это непостоянство, с которым так часто переменяют уборы? Не есть ли это нечто подобное тому, как если бы больной вздумал тщеславиться множеством своих струпов, или если бы раб, принужденный носить оковы, желал иметь их в великом числе и выработанные с разнобразным искусством?

   б) Итак, одежды не должны быть роскошны. Правда, Бог некоторым образом освятил то, что есть в одежде простейшего и вместе необходимейшего. И сотвори Господь Бог Адаму и жене его ризы кожаны, и облече их. (Быт. 3, 21). Но чрез это самое вновь осуждается безрассудная заботливость о украшении тела. Если вещество, по наставлению Самого Бога, употребленное для составления одеяния, было кожа: то для чего некоторые или несчастными, или презренными представляют себе тех, которые носят простой лен и грубую волну? Для чего нам неприятно, если не на нас прядет шелковый червь, не для нас земля рождает золото и море жемчуг?

   Посмотрите – так премудрость Божия постыжает не только суетные попечения о излишнем, но и о потребном излишние – посмотрите на полевые цветы, как они растут: не прядут и не трудятся, а вы, маловеры, мучите себя по произволу изыскиваемыми заботами о вашем одеянии, как будто Провидение меньше занимается вами, нежели быльем, ныне цветущим, а завтра увядающем, и будто Оно забыло близ вас произвести для вас потребное!

   Если вы, смотря на полевые цветы, не обретаете в себе мудрости пчел, дабы собрать с них тонкий, духовный мед; если зрелище природы не приносит вам наставления, которое бы обратилось в вас в силу и жизнь: изберите себе другое, высшее зрелище; возвысьте дух ваш и воззрите, члены тела Христова, на Главу свою и всмотритесь пристально, пристанут ли Ей любимые вами украшения. Какая несообразность! Глава во яслях, на соломе, а члены хотят почивать на своих седалищах и утопать в одрах своих! Глава в уничижении, в нищете, а члены только и помышляют о богатстве и великолепии! Глава орошается кровавым потом, а члены умащаются и обливаются благовониями! Со Главы падают слезы, а члены жемчуг осеняет! Глава в тернии, а члены в розах! Глава багреет от истекшей крови и смертной объемлется бледностью, а члены лукавым искусством дополняют у себя недостаток естественной живости и, думая сами себе дать красоту, в которой природа им отказала, превращают живой образ человеческий в изображение художественное! Глава то в наготе, то в одежде поругания, а члены любят покоиться под серебряным виссоном, под златым руном, или, вместо наготы Распятого, с презрением стыда и скромности, вымышляют себе одежду, которая бы не столько покрывала, как обнажала! Но – да не возглаголаша уста моя дел человеческих (Пс. 16, 4)! Должно опасаться, чтобы не почтено было неблагопристойностью обличение обычаев, которым однако ж последовать неблагопристойностью не почитается.

   III. Все это приводит нас к той мысли, что одежды должны быть лишь приличны. Что ж, – спросят, вероятно, люди, более желающие избавиться от обличения, нежели исправить обличаемое, – неужели все должны отвергнуть всякое благолепие и облечься в рубище? – Нет, никто этого не требует. Божественный Учитель наш обличает, а потому и нас обязывает обличать только попечения об одежде и особенно излишние, суетные, пристрастные. О одежди что пече-теся? Есть род и степень благолепия в одеянии, которое назначает не пристрастие, но благоприличие, не суетность, но состояние, не тщеславие, но долг и обязанность. Но попечения без конца, пышность без меры, расточение без цели, ежедневные перемены уборов потому только, что есть люди, которые имеют низость заниматься изобретениями этого рода, и что слишком много таких, которые имеют рабскую низость подражать сим детским изобретениям – невероятная безрассудность! Безрассудность тем более странная и нелепая, что, без сомнения, многие, виновные в ней, признают ее, и однако ж не престают вновь делаться виновными в ней! И пусть бы оставалась она безрассудностью: бедственно то, что ею поражаются и питаются беззакония. Посмотрите, как иногда без внимания проходят мимо нищего, просящего мелкой монеты на хлеб насущный, и тысячи отдают за ненужное украшение. Кто дерзнет сказать, что тут не нарушена любовь к ближнему? Аминь. (Составлено по проповедям Филарета, митр. Московского, т. 1, изд. 1873 г.).

Поучение 2-е. Преп. Анастасий, игумен Синайский

(Об отношении к порочным людям)

   I. Преп. Анастасий, воспоминаемый ныне Церковью, был родом из Сирии или Палестины и в юности получил прекрасное образование и благочестивое христианское воспитание. Придя в возраст и воспитав в себе благочестивое душевное расположение, преп. Анастасий пожелал оставить мир и вступил в монастырь. Любовь к иноческим подвигам и желание найти совершеннейших наставников в них побудила его посетить подвижников благочестия на Синае, с которыми он и остался жить. Подвиги благочестия и духовная мудрость снискали ему общее уважение братии; он удостоен был сана пресвитера и по смерти Григория Синаита, брата Иоанна Лествичника, был избран игуменом Синайской горы. Известна ревностная борьба преп. Анастасия с различными ересями. Твердо защищая догматы православной веры против лжеучителей, он для борьбы с ересями путешествовал по тем странам, где они распространялись, а также обличал их в своих многочисленных и прекрасных сочинениях. Обладая прекрасным образованием и основательным знанием Священного Писания и писаний св. отцев, твердо держась православного учения Церкви, Анастасий был истинным бичом для заблуждения, светильником истины, твердой опорой для православных. Первым правилом для тех, кто ищет правого разумения веры и борется с врагами веры, преп. Анастасий ставил – вести чистую, непорочную жизнь, дабы сердце было храмом Духа Святаго и освящалось Его светом.

   II. Обличая ереси и утверждая православную веру, преп. Анастасий преподает нам образец того, как должно относиться к порочным людям.

   а) Слово Божие заповедует нам удаляться от людей порочных в виду той опасности, какая угрожает от общения с ними. Кто прикасается смоле, – говорит Премудрый, – тот очернится, и кто входит в общение с гордым, тот сделается подобным ему (Сир. 1, 31). А примеры священной истории показывают, что главной причиной общего развращения людей было всегда общение благочестивых с нечестивыми, чтителей истинного Бога с язычниками. Пред потопом благочестивые потомки Сифовы сблизились с нечестивыми потомками Каина и развратились. Народ еврейский, окруженный со всех сторон язычниками, любил сближаться с ними; от этого терял веру и благочестие, заражался от них идолопоклонством и пороками. Наш русский народ стал сближаться с западными народами, и теперь нет в нем той веры и благочестия, какие были прежде. Много значит в нашей жизни: кто наши знакомые, кем мы окружены. Опасно сближаться с людьми неверующими, легкомысленными, безнравственными.

   б) Но такое разобщение не исключает любви к согрешающим и братского общения с ними, в видах их исправления. Должно ненавидеть грех, но не следует презирать грешников; должно удаляться от людей вредных и опасных, но не следует презирать и оставлять их без всякого внимания в надежде исправления их нашим благоразумным, сердечным вразумлением и назиданием. Дух всеобъемлющей любви христианской требует от нас преимущественного внимания к грешникам, заблуждающимся, падшим, как душевнобольным, нуждающимся в помощи. Общую любовь к ближним могут иметь и язычники, но любовь к заблуждающимся, падшим есть особенное отличие христианина. К исправлению ближних должны быть направлены общие усилия всех христиан, находящихся между собой в братском союзе. Какое ужасное несчастье быть под игом греха и какая величайшая заслуга пред Отцом небесным, желающим всем спастись и в разум истинный прийти, если мы, кротким и дружеским обращением приобретая доверие согрешающих, успеем склонить к перемене порочной жизни их! Аще кто от вас заблудит от пути истины, – говорит ап. Иаков, – и обратит кто его, да весть, яко обративый грешника от заблуждения пути его спасет душу от смерти и покрыет множество грехов (5, 19, 20). Иисус Христос был истинным другом мытарей и грешников, входил с ними в близкое общение с той именно целью, чтобы исправить их. Дороги были для Него верные, добродетельные ученики и слушатели Его Божественного учения, но еще дороже были Его любвеобильному сердцу грешники, упорные в своих заблуждениях и в своей вражде к истине. Он смотрел на них, как на больных душевно и более других нуждающихся в Его Божественной помощи. Когда мнимые ревнители правды – фарисеи – укоряли Иисуса Христа за близкое общение с грешниками, он говорил: не требуют здравии врача, но болящии; не приидох призвати праведных, но грешных на покаяние (Лк. 5, 31, 32).

   в) Кто же и где эти порочные люди, с которыми мы должны сближаться, о спасении которых должны заботиться? Жизнь сама указывает нам этих людей.

   Ты отец семейства, в числе детей твоих, утешающих тебя, есть и такой сын, который огорчает тебя своим поведением. Ты принимал различные меры к его исправлению, но не видишь пользы от них. И вот, в недоумении, не зная что делать, ты решаешься на последнее средство – удалить от себя досадителя. Но если ты желаешь истинного блага своему детищу, не торопись прибегать к такому решительному средству; лучше победи себя и, вместо решительного разрыва с ним, приблизь его к себе, старайся кротостью, словами любви растрогать душу его, сердце его. Этим средством, при помощи Божией, ты скорее всего спасешь его.

   Ты хозяин, у тебя много работников, служителей. Некоторые из них начинают вести себя нетрезво, они и буйны, и ленивы, и беспечны о своих домашних. Забудь на некоторое время свою пользу для блага души их. Вместо того, чтобы тебе отказать от места им, займись со всем усердием исправлением поведения их. Может быть, от прикосновения к ним любвеобильного сердца и их души воспламенятся любовью, и они исправятся. Нынешняя прислуга, говорят, и нетрезва, и развратна, и горда, и неверна. Что делать с нею? Потерпи ее хоть некоторое время, – вместо удаления ее от себя употреби лучше меры к ее исправлению. Если бы все хозяева относились к прислуге в духе евангельском, то большая часть из нее не была бы такой, какую мы видим.

   III. По примеру кроткого и любвеобильного Спасителя и святых угодников Божиих будем и мы заботиться о порочных, назидая их примером своей добродетельной жизни, теплым к ним участием, кротким вразумлением, в случае же нужды и вещественной помощью, хотя они впали в бедность вследствие порочной жизни своей. (Составлено по «Душеполезным чтениям» за 1895 г.).

Двадцать первый день

Св. священномученик Ианнуарий епископ и другие с ним

(О душевной слепоте)

   I. Св. Ианнуарий, ныне прославляемый, был епископом в Кампанийской области в Италии. Во время гонения при Диоклитиане он был предан истязаниям за веру Христову. И вот, бросили его в раскаленную печь, но он вышел из нее невредимым. На следующий день вывели его на съедение зверям вместе с другими христианами. Но и при этом Ианнуарий и дружина его остались неприкосновенными: звери с кротостью припали к ногам епископа, к общему изумлению толпы народа.

   Предавший на мучения этих христиан правитель Кампании Тимофей не был, однако же, тронут таким чудом явной силы Божией; в душевной своей слепоте он это чудо приписал волшебству. И вот, как бы в наказание за свою душевную слепоту, происходившую от бесчувственности, он в это время ослеп и телесными своими глазами. Но и это не пробудило в нем ни светлой мысли, ни здравого чувства. Тогда Господь, ищущий всегда только спасения грешников, благоволил подействовать на него милосердием. Он дал незлобивому мученику Ианнуарию силу исцелить ослепшего гонителя своего. Но и радость исцеления не смягчила и не умилила очерствелого сердца язычника, между тем как в это же самое время до пяти тысяч язычников, бывших свидетелями чудес, обратились к вере в истинного Бога. И все же, чем более избыточествовала благодать Господня, тем более злобствовал правитель и предал смерти всех просвещенных истиною. Все исповедники, вместе с еп. Ианнуарием, были, по повелению Тимофея, отведены за город и казнены мечом… Святые останки их были взяты жителями разных мест; тело же св. Ианнуария перенесено в Неаполь, где и до сих пор оно изливает свою чудодейственную помощь и защиту.

   II. Вот до чего может доходить духовная слепота человека: при виде явных чудес, чрез которые обращаются тысячи к вере, языческий правитель, мучивший св. Ианнуария, остается глух и слеп ко всему происходящему вокруг него.

   Такова гибельная сила духовной слепоты!

   Тяжело лишиться зрения, не видеть солнечного света и постоянно пребывать во тьме. Но все-таки телесная слепота бывает только на время жизни и вместе с человеческой жизнью оканчивается. После смерти слепец может видеть свет невечерний, свет истинный, Самого Господа, Который именуется Светом тихим. Мало того: телесная слепота может быть полезна душе и может помогать спасению. Когда человек не видит, то не имеет многих поводов ко греху, не подвергается соблазнам, бывающим чрез наше зрение; сердце не желает того, чего не показывают ему глаза. Но есть другая слепота, которая гораздо пагубнее. Это слепота душевная. В этой слепоте человек не видит духовного света, а этот свет есть не иное что, как Господь Бог и Его святые Заповеди, в которых нам показана всесвятая воля Его.

   От чего приключается слепота душевная, и нет ли между нами, братия, духовных слепцов?

   а) Духовная слепота происходит оттого, что человек не слушает учения о Боге и не научается Заповедям Его. Не наученная душа подобна закрытому или завязанному глазу. Открой свою душу и открытой душой воспринимай наставления о вере верных людей; тогда и ты будешь видеть свет Христовых Заповедей. Если же не будешь внимать и научаться, то душа твоя будет как слепая; во всем, что касается благочестия, она будет бродить как бы ощупью, не зная ни свойств Божиих, ни данных Богом Заповедей.

   Слеп душою своей всякий человек, который ничего не ведает о Боге, о том, что Он пребывает везде, особенно же на небесах и во храме, видит все дела людей, как хорошие, так и худые, и за все доброе награждает, а за все дурное наказывает. Слеп душою тот, кто ничего не слыхал о Спасителе, Единородном Сыне Божием, Которого Бог Отец ниспослал на землю для того, чтобы Он научил людей святой жизни и искупил их Своими страданиями. Слеп тот, кто ничему не научился из Христова Евангелия и не знает христианского закона, не знает необходимости и спасительности христианских таинств. Этой душевной слепоты, зависящей от невежества, весьма много в простом народе.

   б) Но кроме духовной слепоты, зависящей от невежества, есть слепота тоже духовная, зависящая от порока и от похоти и ожесточения сердца. Густая пыль помрачает телесное зрение, черный дым делает невидимыми для нас окружающие предметы: таким же точно способом и похоть, или порок, или ожесточение помрачает наш ум и ослепляет душу. Тогда и знание о Боге не приносит пользы. Тогда и разумение Заповедей Господних остается без плода; тогда и очевидные чудеса не производят своего действия, как они не произвели своего спасительного действия на ослепленного страстями и служением чувственности язычника Тимофея, мучившего св. Ианнуария. Например, человек слышал и знает учение о Боге всевидящем и правосудном, знает Заповедь Спасителя о том, что не должно гневаться; но, поддавшись страсти гнева, он забывает все и бросается на ближнего своего, не щадя ни здоровья его, ни даже жизни. Очевидно, страсть гнева помрачает и ослепляет его так, что он не видит света Христовой Заповеди. Таково же действие на человека прочих страстей, каковы: страсть пьянства, страсть блуда, страсть сребролюбия, страсть властолюбия и др.

   III. Так как, братия, мы все причастны или невежеству, или страстям, то все мы причастны и духовной слепоте. Иной слеп от неведения здравого учения, а иной от страстей, воюющих против ума и помрачающих душевное зрение. Поэтому, братия, каждый из нас должен искать прозрения и для этого – учиться истинам веры и правилам христианской жизни, особенно же остерегаться пороков и страстей.

   Господи Иисусе Христе, истинный Свете, просвети же милостью Твоей мысленные очи сердец наших. Аминь (Составлено по Четьи Минеям и проповедям, приложенным к «Руководству для сельских пастырей» за 1891 г., январь).

Двадцать второй день

Поучение 1-е. Преп. Феодор Сикеот

(О нужде и пользе для детей доброго примера родительского и старших в доме родственников)

   I. Ныне прославляемый в церковных песнопениях и чтениях преп. Феодор Сикеот родился в VI веке от благочестивых родителей.

   В семействе Феодора жил благочестивый старец Стефан, который держал строгий пост, молился беспрестанно; и мальчик Феодор полюбил его, стал часто приходить к нему, беседовать с ним и старался подражать делам его. Видя его чрезмерное пощение в Великий пост, Феодор стал подражать ему и поститься до вечера. Когда отрок возвращался из училища в обеденное время, мать заставляла его есть, но он отказывался от пищи. Отрок наконец не стал приходить к обеду, но целый день оставался в училище, и вечером со Стефаном ходил в церковь св. великомученика Георгия, стоявшую близ селения на высокой горе, и уже поздно приходил домой и вкушал хлеба с водой.

   С 12 лет Феодор стал еще прилежнее к молитве и чтению священного Писания, а когда подрос, то выкопал себе пещеру близ церкви св. Георгия, – там и поселился. Постоянно он ходил в церковь и вкушал в день одну просфору. Ему приносили из дому хлеб и овощи, но он раздавал бедным. Много после этого потрудился для Бога и души своей и наконец удостоился за свою святость сана архиерейского.

   Случалось, когда он совершал св. Тайны, благодать Святаго Духа очевидно сходила на св. Дары в подобии светлой плащаницы. Все сослужащие с ним видели в это время на лице его божественное сияние, и однажды, когда он возгласил слова: «Святая святым», то Агнец сам поднялся на воздух.

   II. Мы видели, что св. отрок Феодор с самых юных лет возлюбил Бога паче жизни своей, стал постом и молитвою служить Ему день и ночь.

   Но как и где св. дитя научилось так любить Бога и себя приносить в жертву Богу? Ему непременно нужен был пример. И Феодор видел этот пример в благочестивом старце Стефане, жившем в одном семействе с ним же.

   а) Где возьмут пример благочестивой жизни наши дети? Без сомнения, в родителях. Тысячи можно указать примеров благотворного действия на детей духа благочестия родительского. Но зато не ждите много доброго от детей ваших, если сами вы не обладаете духом благочестия. Вот пришел пост: вы спокойно на глазах всего семейства вкушаете пищу запрещенную; наступил праздник, – вы не идете к службе церковной, сидите дома вечер, спите долго утром, работаете, торгуете, или только думаете о развлечениях в этот день. Скажите, как дети ваши будут уважать посты, праздники Божии и все священное? В вас нет горячей любви к Богу, – откуда заимствуют эту любовь они? Чтобы сообщить пламень любви, нужно иметь его самому. Ныне мы не видим особенной любви к подвигам духовным в детях; вообще, если к чему они очень холодны, так это к церковному.

   Много причин этой холодности, и дух времени, и неправильное, совершенно светское образование, товарищество, излишние светские развлечения, все это неблаготворно влияет на юность. Но очень часто все это зависит и от недостатка доброго примера и доброго влияния родительского.

   б) Но кроме влияния родителей весьма благотворно действует на детей доброе поведение и благочестивая жизнь старших их родственников – братьев, сестер и других близких лиц. В деле воспитания одних детей посредством доброго влияния других могут иметь особенное значение старший брат или сестра, и потому благоразумные родители, если хотят облегчить себе труд воспитания детей, должны обращать преимущественное внимание на воспитание первородного из них. Если первенцы: сын или старшая дочь, поставлены на прямую дорогу, воспитаны в духе христианского благочестия, то родителям уже не так трудно будет дать такое же воспитание следующим детям, – они будут брать пример со старших. В противном случае родителям предстоит слишком много труда, чтобы дать доброе направление младшим детям; усилиям родителей избежать при воспитании их тех ошибок, какие допущены при воспитании старшего сына или дочери, будет на каждом шагу вредить действие дурного примера со стороны старших детей. Нам приходилось читать про двух отцов семейства, из которых один весьма недоволен был поведением своих детей и никак не мог успеть в исправлении их, другой, напротив, благословлял Бога, смотря на своих детей, из которых один был лучше другого. Однажды первый спросил счастливого отца, как он мог устроить такой прекрасный порядок между детьми, что не нарадуешься, глядя на них. Тот отвечал: «Я не слишком много хлопотал. Видал ли ты стадо журавлей, при наступлении осени отлетающих на юг?» – «Не раз видал». – «Ты, конечно, заметил, что впереди летит один журавль, который указывает дорогу остальным, твердо зная, куда надо лететь, а остальные только следуют за ним. При воспитании детей я, признаюсь, имел в виду пример журавлей: я много положил труда на воспитание первенца и усердно молился об успехе. Господь благословил мой труд Своей благодатью. Мой старший сын стал передовым для младших, – он показывает им путь к небу, те уважают и любят его и с охотой следуют его руководству и примеру». – Открытие, необходимое для родителей и детей! («Душеполезное чтение»).

   III. Родители! Хотите ли, чтобы дети ваши были утешением Церкви, истинными ее сынами? Сами постарайтесь запастись духом веры и любви к Богу и потом приложите все старание к тому, чтобы старший ваш сын или дочь были воспитаны в страхе Божием. При живом примере и слова наставлений ваших будут сильнее действовать на детей ваших. Во всяком случае внушайте прежде всего им страх Божий, любовь к Богу, молитве, храму; внушайте им не только ходить в храм Божий, но со страхом и стоять здесь, усерднее молиться. Паче же всего молитесь горячее за детей ваших, – много значит молитва родителей. (Составлено прот. Г. Дьяченко по разным источникам, преимущественно по статье преосв. Виссариона, еп. Костромского, помещенной в «Душеполезном чтении»).

Поучение 2-е. Св. Феодор Сикеот

(Ходи в храм Божий с особенным удовольствием)

   I. Преп. Феодор, память коего совершается ныне, родившийся в Сикее, с ранних лет любил посещать церковь. Восьми лет он начал посещать школу, а возвращаясь из школы, всегда заходил помолиться в церковь. Не только днем посещал Феодор церковь, но даже в ночное время, когда все домашние спали глубоким сном, он с первым проблеском зари уходил незаметно из дома в храм Божий. За ночные посещения церкви мать иногда наказывала Феодора и начала было привязывать его к кровати, но ей явился св. Георгий и повелел не препятствовать сыну ходить в дом молитвы. Так прошли детские и отроческие годы Феодора.

   II. Детство Феодора представляет много уроков для вас, братия! Не ленитесь ходить в церковь. Кто привык с детства не опускать без нужды воскресного и праздничного богослужения, тот и в зрелом возрасте не оставит этой благочестивой привычки.

   а) С особенным удовольствием всем нам должно ходить в дом Божий для Бога.

   Этим выражением мы желаем сказать не то, что Бог имеет нужду в нашем хождении в Его дом, или что наше хождение в Его дом может как бы увеличить Его блаженство: мы ничего не можем прибавить к Его блаженству. Он всеблажен и вседоволен Сам Собою. Но мы сами по себе имеем нужду ходить в дом Божий для Бога, чтобы тем показать чистую свою веру в Бога, а также самую живую благодарность к Триипостасному Богу, так крайне любящему нас и так чрезвычайно нам благодетельствующему. Кто не ходит в дом Божий, в том нет чистой веры, нет истинной любви к Богу, нет живой и истинной благодарности к Нему.

   б) С особенным удовольствием всякому христианину должно ходить в дом Божий для самого себя.

   Свт. Иоанн Златоуст говорит: «Церковь Божия торжище есть духовное и врачебница душам, почему должно по подобию тех, которые на торжище приходят, много драгих вещей оттуду собравши возвращаться и по подобию тех, которые во врачебницу приходят, приличное болезням лекарство взяв выходить». В самом деле, в доме Божием христиане могут получить все нужное к истинному здравию или спасению своей души.

   Дом Божий есть дом наставления, вразумления, возбуждения и одушевления, здесь мы верно познаем нашего Бога-Создателя и Спасителя; познаем наши обязанности к Богу, к нашим братьям и другим существам; познаем самих себя, свои душевные нужды и болезни.

   В доме Божием во время всякой Литургии возобновляется совершение великого таинства Нового Завета и приводится на память смерть Иисуса Христа, Сына Божия, принятая Им для нашего спасения. Что Иисус Христос сделал на последней вечери с Своими учениками и что, потом, Он потерпел на кресте, то все изображается и таинственно совершается во время Литургии.

   в) Наконец, с особенным удовольствием всякому из нас должно ходить в дом Божий для ближних.

   Наша вера требует от нас, чтоб мы старались о спасении не только собственном, но и наших ближних. Всякий из нас обязан по своим силам действовать к душевному благу ближнего: научать его, назидать его, удалять от зла, располагать к добру и укреплять в добре. Всякий из нас обязан подавать другим пример благочестия, и своим примером возбуждать всех к благочестию и прославлению нашего общего небесного Отца. Утешайте друг друга, – писал св. апостол к солунянам, – и созидайте кийждо ближняго (1 Сол. 5, 11). Да разумеваем друг друга в поощрении любве и добрых дел, – писал тот же св. апостол к евреям. – Слово Христово да вселяется в вас богатно, во всякой премудрости учаще и вразумляюще себе самех, во псалмех и пениих и песнех духовных (Кол. 3, 16). Единодушно едиными усты славите Бога и Отца Господа нашего Иисуса Христа, – писал он к римлянам (Рим. 15, 6). Но где может быть такое назидание ближних всего лучше, как не в доме Божием? Здесь наипаче вполне и беспрепятственно обнаруживается расположение нашего сердца к нашему небесному Отцу; и посему здесь наипаче мы можем производить в наших ближних такие же истинно сыновние расположения к Нему, какими одушевлены мы сами, как-то: благоговение и любовь к Нему, упование на Него и ревность к прославлению Его имени.

   III. Будем дорожить временем, и ходить в дом Божий всевозможно чаще и со всем удовольствием. В будущей жизни никто не наслаждается тем, чего не любил в жизни настоящей: а там будет нескончаемое, только общественное Богослужение; там, как видел тайнозритель ап. Иоанн, все святые люди и все святые ангелы день и ночь вечно вместе поклоняются Богу, глаголюще: аминь: благословение и сила и премудрость и хвала и честь и сила и крепость Богу нашему во веки веков (Откр. 7, 11). (Составлено по Четьи Минеям и «Словам или беседам на все воскресные и праздничные дни» Григория, архиеп. Казанского и Свияжского, т. III, стр. 192–202).

Двадцать третий день

Поучение 1-е. Св. великомученик и Победоносец Георгий

(Почему св. Георгий называется победоносцем?)

   I. Сегодня мы празднуем память святого славного великомученика и победоносца Георгия.

   Он был римский воин конца III века. Его достоинства внутренние и внешние, особенно же необычайная привязанность к нему римского императора Диоклитиана быстро не только провели его по всем ступеням воинских и государственных почестей первых рядов, но поставили его и вне ряда – выше всех, так как император Диоклитиан вознамерился было сделать его своим соправителем, а в случае своей смерти и преемником.

   И все это потеряно, все это было отвергнуто, все попрано юным Георгием. Юным его называем потому, что и умер-то он мученической кончиной, не имея 30 лет. Георгий был христианин. Велико было изумление, велика была скорбь императора, когда ему стали сначала шептать, а потом и громко говорить, что вера в распятого Христа проникает не только во дворец, не только в высшие ряды воинства и вельможества, но и в самую семью грозного цезаря. Каково же было изумление, каково горе цезаря, когда он узнал, что его нареченный сын, прекрасный, бесстрашный Георгий, – этого мало, собственная супруга императора, царица Александра, исповедуют христианскую веру? Конечно, Георгия и царицу Александру начали убеждать оставить веру в Иисуса Христа, поклониться языческим богам. Горе и ярость императора возросли вдвое, когда оказалось, что Георгий и царица Александра непреклонны… Георгия били ременными бичами, разрывали тело клочками, ворочая его на колесе над заостренными зубцами, варили в негашеной извести… Великомученик остался непреклонен. Зная о его терзаниях, царица Александра осталась непреклонна. Наконец, изречен смертный приговор: тому и другой отрубили головы.

   II. а) Св. великомученик Георгий называется победоносцем потому, что он дважды явился победоносцем, так как он не знал поражения во многих боях с врагами императора; наконец, победил и самого императора, – победил сперва свою признательность ему, свою привязанность, свою любовь к своему благодетелю, второму отцу, источнику необычайного счастья, свою надежду занять со временем римский трон, а с ним и единовластительство над вселеной. Это была самая тяжелая победа. А за ней перенести все адские муки – стоило уже немного. Встретить же мученическую за Иисуса Христа смерть уже было даже отрадой.

   б) По кончине его любовь христианского мира к этому великому украшению прекрасного мученического сонма возрастала, можно сказать, по мере того, как смерть его уходила назад в глубь веков. Все скорбящие, особенно в грозных воинских столкновениях, обращались к победоносцу Георгию. Рассказывают о многих видениях, что великомученик, среди сражений, появлялся на белом коне, поборая по братиях своих христианах.

   Оттого наши великие князья, стародавние великие князья, приняли в герб свой, великокняжеский, изображение св. великомученика и победоносца Георгия, всадника на коне, который поражает копьем, с крестом наверху, дракона. Дракон – символ язычества, а дракон с вонзенным в него острием, которое увенчано крестом, – это древний – IV–V веков – символ победы христианства над язычеством, – только, не более.

   Изображение Георгия принято затем и в царский государственный герб, которым стал герб древних римских императоров, – двуглавый орел. Это соединение гербов древнеримского с древнерусским великокняжеским остается и до сих пор гербом России императорской. Оттого мудрая и великая Екатерина II, когда учреждала орден, в награду самоотверженной воинской доблести, – учредила знак креста с изображением именно великомученика Георгия, учредила славный в России георгиевский крест.

   III. Всякий из русских воинов, конечно, горит желанием стать в ряды соратников св. великомученика и победоносца Георгия. А все, без сомнения, должны гореть желанием подражать ему в мужестве среди сражений, в самоотверженном исполнении воинского долга, в христианской любви ко Христу и братии, до готовности положить за них душу свою. (Извлечено в сокращении из «Поучений» Никанора, архиепископа Херсонского и Одесского, т. II, стр. 435–438, изд. 2).

Поучение 2-е. Св. великомученик Георгий

(О духовном мученичестве)

   I. Ныне прославляемый Церковью св. великомученик Георгий Победоносец жил в IV веке, в Каппадокии, был знатного рода, отличался воинскими доблестями и достиг высокого звания тысяченачальника. В его время царствовал Диоклитиан, который воздвиг страшнейшее из гонений на христиан. Так однажды, в ночь на праздник Рождества Христова, он сжег храм в Никомидии с 20 000 христиан. Св. Георгий исповедовал веру Христову, и вот, один раз, когда Диоклитиан с своими вельможами и сановниками производил бесчеловечный и беззаконный суд над христианами, вошел в собрание Георгий и начал обличать царя в нечестии и жестокости. Все собрание было поражено поступком Георгия. Тогда Диоклитиан, скрыв свой гнев, начал ласково склонять его к отречению от Христа, но видя непреклонность мученика, приказал бросить его в темницу и потом жестоко мучить. «Скорее ты устанешь мучить меня, чем я терпеть мучения», – говорил св. мученик царю. Царь приказал мучить его нагого на особом колесе. Под колесо подложены были доски с гвоздями. К колесу привязали мученика и вращали его над этими досками. Гвозди, вонзаясь в тело страдальца, изрезали все его тело. Но Бог сохранил его жизнь. Ангел снял его с колеса. Увидев св. мученика живым, император был изумлен, но не вразумился. Между тем два претора, Анатолий и Протолеон, уверовали в Христа, за что тотчас же император приказал убить их мечом. Сама императрица, жена Диоклитиана, Александра, тоже уверовала во Христа. Св. Георгия обули в разожженные железные сапоги с острыми внутри гвоздями, и ударами плетей и палок заставили бежать в темницу; но Господь исцелил св. мученика. Тогда призван был волшебник Афанасий, чтобы он волшебством одолел мученика. Афанасий приготовил самое ядовитое питье, но и оно не подействовало на Георгия, так что Афанасий сам уверовал во Христа, и ему отсечена была голова. Наконец, император позвал Георгия в храм Аполлона, в надежде обратить его к идолопоклонству; но св. мученик молитвою сокрушил идолов. Тогда приказано было отсечь ему голову. Так воин царя земного, св. Георгий, явил себя победоносным воином Царя небесного, отчего и получил название «Победоносца». Мощи его, согласно завещанию его самого, положены в Палестине, в Лидде, родине матери его.

   II. Братия христиане! Вот краткий очерк жизни и страданий св. великомученика Георгия; возблагоговеем пред страданиями его за Христа и подивимся крепости его св. веры; никакие мучения не могли заставить его поклониться бездушным идолам и изменить истинному Богу.

   Обратимся к себе и спросим: подражаем ли мы твердости веры св. великомученика? Являемся ли мы победителями если не внешних врагов – мучителей, то во всяком случае – внутренних, духовных – наших страстей, возбуждаемых нашей плотью, миром и диаволом? Нет ли у нас идолов, которым мы раболепно служим, отрекаясь своей жизнью от Иисуса Христа?

   а) Увы, у нас есть идолы – это страсти наши, и есть идолопоклонническое служение этим идолам – это потворство страстям.

   Чревообъядение и пьянство – вот наш идол; гнев, блудная страсть, сребролюбие – все наши идолы, а мы, служащие этим страстям, то же, что идолопоклонники. Всякая наша страсть греховная, всякий грех, обратившийся в привычку, есть идол нашей души; грехолюбивое сердце – вот капище нашего идола, грехолюбие – это идолослужение, соизволение же на грех в помысле и греховном желании есть отвержение Христа, а выполнение задуманного греха самым делом – это и есть жертвоприношение идолу. Вот как соделавшийся рабом своих страстей греховных становится идолопоклонником.

   б) А если в нас существует и даже все увеличивается такое духовное идолопоклонство, то должны быть и духовные мученики, без пролития крови страдальцы. Ибо как в те времена, когда нечестивые, неведавшие Бога люди поклонялись бездушным идолам, было бесчисленное множество святых мучеников, проливавших кровь свою за Христа и умиравших многоразличными видами смертей: так и в наше время, когда в наших нравах повсюду господствует идолопоклонство, т. е. служение греху, истинные христиане должны из любви ко Христу быть мучениками, хотя и без пролития крови, – должны постоянно умерщвлять в себе страсти свои, должны умирать для греха, так чтобы уже быть неспособными к совершению греха, и не порабощать себя похотям греховным. Вот как каждый христианин может соделаться духовным мучеником Христовым, – хотя и не будет проливать своей крови.

   Об этом-то духовном мученичестве прекрасно рассуждает св. Златоуст, говоря: «Ты скажешь, как можно подражать теперь мученикам? Теперь не времена гонений? Я хорошо это знаю: теперь не время гонения, но время мученичества; не время таких подвигов мученичества, однако время венцов; не преследуют люди, но преследуют бесы; не гонит мучитель, но гонит диавол, лютейший из всех мучителей. Ты не видишь пред собой горящих угольев, но видишь разженный пламень похоти. Они попирали ногами горящие уголья, а ты попирай огонь естества; они боролись с дикими зверями, а ты обуздывай гнев, как дикого и свирепого зверя; они устояли против невыносимых скорбей, а ты побеждай нечистые помыслы, от твоего сердца исходящие, и ты будешь подражатель мучеников. Ныне, – по слову апостла, – несть наша брань к крови и плоти, но к началам, и ко властем, и к миродержителем тьмы века сего, к духовом злобы поднебесным.

   Итак, умерщвление страстей греховных есть мученичество без пролития крови.

   III. Да поможет нам Господь молитвами св. великомученика и победоносца Георгия быть победителями всех страстей и соблазнов, представляемых плотью, миром и диаволом – врагом нашего спасения. (Составлено по творениям св. Димитрия Ростовского).

Поучение 3-е. Св. великомученик и Победоносец Георгий

(О борьбе с врагами нашего спасения)

   I. Много было жестоких врагов у св. великомученика Георгия; страшна была та брань, которую вел он с ними; но, при помощи Божией, всех врагов своих он одолел, из борьбы с ними вышел полным победителем, и за то получил венец славы неувядаемой, вечной.

   II. И у каждого из нас есть свои враги, с которыми надобно нам бороться постоянно и мужественно, чтобы не быть побежденными и пленниками их. – Но что же это за враги у нас и чем нам побеждать их?

   а) Первый и самый злой враг наш есть неверие и маловерие. Горе тому, на кого бросается этот кровожадный враг. Человек, обуреваемый волнами неверия, маловерия и вольнодумства, – дай Бог, чтобы между нами не было ни одного такого человека, – то же, что корабль без кормчего, без парусов, без руля. Не пристать такому кораблю к пристани, не избежать ему крушения. Не найти ни тихой пристани в здешней жизни от житейских бурь и непогод, ни вечного покоя за гробом тому, чья душа томится под игом неверия. Кто не верит в Божественное откровение, в искупление, в святые таинства, в другую, загробную жизнь, в бессмертие души, следовательно, кто не верит, что он человек, созданный для вечности, искупленный для блаженства, для того нет ничего святого, запрещенного, тот способен на все беззаконное. И что может удерживать неверующего от злых дел? Совесть? Но если он не верит, что совесть есть принадлежность бессмертной и Богоподобной души: то может ли быть для него обязателен голос совести? Честь? Но если он не верит, что есть по ту сторону гроба воздаяние за честные и бесчестные поступки: то честь, благородство и тому подобное у неверующего только на языке и на словах, а не на деле, не в сердце, не в душе. Поэтому необходимо нам так бороться с неверием, чтобы остаться победителями этого страшного врага. Господи! Спаси нас от неверия; иначе оно погубит нас.

   б) Самолюбие, корыстолюбие, плотоугодие и другие наши страсти суть также злые враги наши. Эти враги тем опаснее для нас, чем ближе к нам; они постоянно при нас, с нами, в нас. Эти враги тем страшнее для нас, что почти всегда, по-видимому, принимают нашу сторону, на самом же деле постоянно изменяют нам и отводят нашу душу в плен греха и суеты. Известно, что самолюбие, корыстолюбие и прочие страсти усиливаются принести в жертву самим себе спокойствие, честь, имение и другие блага ближних наших. Но такое стремление незаконно: наше самолюбие и другие страсти, причиняя вред другим, в то же время гибельны для нас самих; они подламывают и разрушают здание нашего здоровья, жизни и вечного спасения; они, отвлекая нас от любви к Богу и ближним, вооружают нас против Бога; враждовать же против своего Создателя не значит ли идти прямо навстречу своей погибели? Так все заставляет нас бороться с самолюбием и другими страстями и побеждать их. Господи! Помоги нам остаться победителями над страстями, иначе они увлекут нас на дно адово.

   в) Далее, мир с своими соблазнами, дух злобы с своими кознями, злые люди с своими клеветами, завистью, ненавистью, соблазнами и проч. отнимают у нас счастье нашей жизни, спасение нашей души. И счастлив тот, кто всеми силами защищает себя от скопища этих врагов, кто мужественно ополчается против них и побеждает их; такой человек, при помощи Божией, не разобьется о камень мирских соблазнов; его душу не поглотит дух злобы и не унесет с собою в ад; злые люди не сделают его столь же злым, как сами они.

   III. Чем же нам ограждать себя от столь многочисленных врагов, чем нам побеждать их? Теплой молитвой, упованием, христианской правдой, силой благодати Божией и таким самоотвержением, какое имел св. великомученик и Победоносец Георгий.

   И мы, братия, можем приобретать имя победоносцев, если будем одерживать победу над злом, чрез преодоление своих богопротивных страстей и грехов, чрез борьбу с духовным змием диаволом, чрез борьбу с неверием и нечестием, чрез противоборство желающим вредить Церкви и обществу, чрез деятельное противление козням врагов порядка, честности и долга. Поприще для всех и всегда открыто. Подзвизайтесь, желающие победных венцов небесных!

   Св. великомучениче и победоносче Георгие! Помогай нам своими молитвами пред Богом, – да будем и мы ревностными поборниками веры и благочестия, воителями против зла и причастниками победных венцов на небе. Аминь. (Прот. Г. Дьяченко).

Поучение 4-е. Тезоименитство Ее Императорского Величества Государыни Императрицы Александры Феодоровны

(Важность благочестивого настроения и образования женщин)

   I. Ныне, возлюбленные братия, мы светло празднуем тезоименитство Ее Императорского Величества Благочестивейшей Государыни Императрицы Александры Феодоровны. Не напрасно она названа благочестивейшей: глубокая религиозность, искреннее благочестие, ревность по вере, выражающаяся в заботливости о распространении истинного христианства, о восстановлении и основании обителей, о благолепии храмов Божиих, попечение о правильном и благотворном образовании в женских учебных заведениях и об умножении их в России, пламенная любовь к Богу, наконец, сострадательность к нуждающимся в помощи, – вот видимые для нас христианские качества тезоименитой ныне нашей Государыни, матери отечества. Это драгоценные перлы, украшающие царственный венец Ее.

   II. Пример благочестия матери отечества должен служить образцом для матерей семейств в большей или меньшей степени, смотря по кругу деятельности и значению в обществе, побуждением и заботиться о религиозном образовании детей, и в частности женского пола. Важность благочестивого настроения и образования женщин, по влиянию их на семейный, а затем и на общественный быт, не подлежит сомнению и очевидна из опыта. Апостол говорит: благочестие на все полезно есть, обетование имеюще живота нынешняго и грядущаго (1 Тим. 4, 8), т. е. благочестие составляет основание счастья временного и вечного.

   а) О том и говорить нечего, что для достижения блаженной участи в вечности необходима благочестивая жизнь; но столько ли же необходимо благочестия для временного благоденствия? Да. С первого разу это представляется как будто не совсем справедливым; но только с первого разу. В чем состоит благочестие? Христианское благочестие состоит из настроения мыслей, желаний и чувствований по учению Христа Спасителя, – состоит в образе деятельности по требованию закона евангельского, а с ним вместе законов церковных и гражданских; следовательно, оно в одном слове заключает выражение духа веры и любви. Коль скоро так, то благочестие есть необходимое условие правильной жизни, где бы оно ни обнаруживалось: в уединенной ли келье инока, в скромной ли хижине поселянина, в богатых ли чертогах властителей, в скромных ли подвигах добродетели, или в широких и открытых размерах общественной деятельности. А без правильной, соответственной объясненному христианством назначению человека жизни возможно ли быть счастливым на земле? Возможно ли находить утешение и довольство в самом себе и распространять его в других? Опытами доказано и беспрерывно доказывается, что все внешние обеспечения нашего быта сами по себе недостаточны к удовлетворению требований духа нашего, если в нем не будет благочестия. Как же водворить благочестие в домах и в обществе? Между прочим при посредстве женщин. Да, на вас, жены и матери, лежит обязанность распространять, так сказать, благоухание благочестия в своих семействах; вам предлежит честь первоначально в юных душах детей насаждать семена веры святой и воспламенять сердца их любовью к Богу, к Церкви, к отечеству, а самим подавать пример искренней набожности, благоговения или любви христианской. Нужно, конечно, образование девиц и вне семейного круга, в общественных заведениях; но это не устраняет влияния матери; наука и искусство не заменят теплого материнского чувства, особенно религиозного.

   б) Из истории Церкви знаем, что многие благочестивые женщины весьма успешно содействовали распространению и утверждению христианства в разных странах мира и отличались удивительным самоотвержением.

   Что же мешает и теперь женщинам действовать в своем круге на пользу православной веры? Да усиливается же ревность по истинному благочестию и благоверию в душах жен и матерей, а чрез них в детях, семействах и обществе.

   III. Слава Богу, теперь в низших классах народа успешно распространяется между детьми женского пола грамотность, а с ней и образование религиозное. Можно надеяться, что не далеко то время, когда матери поселянки с любовью сами станут передавать детям необходимые познания и внушать им правила благочестия, а с сим вместе усиливать доброе настроение в народе к славе Церкви и к утешению высокой покровительницы женского образования. Будем желать этого для счастья России и молиться, чтобы Господь сохранил нам, сколько можно надолго, жизнь Государыни нашей, благотворная деятельность которой так очевидна для всех. Аминь. (Составлено по «Словам и речам» Леонтия, архиепископа Холмско-Варшавского, т. II, 1888 г.).

Двадцать четвертый день

Поучение 1-е. Св. мученик Савва Стратилат и дружина его

(О причинах, побуждающих нас любить ближних)

   I. Св. мученик Савва, память коего творится ныне, родом готф, был стратилатом, или воеводой, при римском царе Аврелиане, в III-м веке. Приняв истинную веру и сделавшись ревностным служителем Христовым, он посещал христиан, заключенных в темницах, помогал им милостыней и увещевал к терпению и твердости.

   Аврелиан, узнав, что Савва христианин, призвал его на суд. Савва смело исповедовал веру свою и, сняв с себя знаки воинского сана, бросил их и объявил, что готов страдать за имя Христово. Его подвергли страшным мучениям: жестоко били, опаляли огнем раны его, опускали его в котел с кипящей смолой. Но Господь охранял и защищал верного служителя Своего. Подкрепляемый силою свыше, Савва мужественно вытерпел страдания и вышел невредимым из кипящей смолы. Видя это чудо, семьдесят воинов уверовали и стали громогласно исповедать Иисуса Христа. По повелению царя они были казнены и радостно приняли смерть за веру свою.

   Св. мученика Савву отвели в темницу, где ночью, во время молитвы, Сам Господь явился ему. Исполненный новой силой, св. Савва вытерпел еще ужаснейшие истязания и был наконец потоплен в реке.

   II. Св. Савва Стратилат, посещавший темницы и помогавший и словом и делом заключенным в них мученикам за Христа, несмотря на великую опасность для себя, учит нас, братия, христианской любви друг ко другу.

   Любовь к ближним искренняя, совершенная, от души – редкое явление. История рода человеческого дорожит примерами любви, охотно записывает их, но, к сожалению, мало встречает таких великих людей, для которых все ближние – братья, друзья. Эгоизм, самолюбие повсюду встречаются, а опытов любви к ближним надобно искать долго. Их легко найти только среди святых Божиих, особенно среди древних христиан.

   Это не делает людям, а особенно нам, христианам, чести. Нам надобно вырвать из себя сердце грубое, а приобрести сердце благостное, и всемерно стараться возгревать в душах наших священный огнь любви к ближним. К сему побуждают нас важные причины.

   а) Первая причина, побуждающая нас любить ближних, состоит в том, что мы одинаковой с ближними природы. Все мы состоим из души и тела, все созданы прекрасно, возвышенно, по образу и по подобию Божию. Одни у нас основные законы ума и нравственности. Всем нам приятно внимание к нам наших ближних, всем нам тягостно презрение, оказываемое нам другими. Голод, холод, нищета каждому из нас чувствительны и неудобоносны. Что же из сего следует, что мы единоестественны с ближними нашими: То, что мы должны любить ближних наших, по закону единства нашей природы. Этот закон весьма силен, ибо и звери подобных себе любят. Как же нам, людям, не любить подобных нам людей? Мы – слава природы по дарам – должны быть славой природы и по исполнению законов ее.

   б) Вторая причина, побуждающая нас любить ближних, состоит в том, что мы все чада Божии и братья о Господе. У нас один Отец небесный – Бог. Миллионы народов, рассеянных по лицу земли, суть члены одного великого семейства, у которого глава – Святая Троица. Всех нас Бог любит, о всех нас промышляет, всех нас питает и поит, всех нас учит как жить, как достигать благополучия на земле и как приобрести вечное блаженство на небе. Так как мы чада Божии и братья о Господе, то и должны любить друг друга, как естественно братьям любить себя взаимно. О том человеке худо думают, который не любит единокровного брата своего. Тут предполагают крайнюю злобу сердца. Что же должно сказать о нас, если мы не будем любить ближних наших – братьев о Господе? Нельзя не укорить нас в мрачном жестокосердии, исключающем нас из числа детей Божиих и друзей человечества.

   в) Но главная причина, побуждающая нас любить ближних, есть воля Божия: Бог хочет, чтобы мы любили ближних. И мы непременно должны исполнить волю нашего Создателя и Владыки вселенной. Где же Бог повелевает нам любить ближних? В святом Евангелии. Возлюбиши ближняго своего, яко сам себе (Мк. 12, 30), – говорит Иисус Христос. И сия Заповедь так важна, что занимает второе место после Заповеди о любви к Богу. А евангелист Иоанн Богослов замечает, что без исполнения Заповеди о любви к ближнему невозможно и исполнение Заповеди о любви к Богу. Аще кто речет, яко люблю Бога, а брата своего ненавидит, ложь есть. (1 Ин. 4, 20). Поэтому, чтоб нам не сделаться пред Богом виновными, чтобы не остаться с сердцами, чуждыми повиновения и любви к Богу, Создателю нашему, Царю нашему, мы должны умножать любовь к ближним нашим, если ее имеем, а если не имеем, то должны при помощи благодати Божией возбуждать ее в сердце нашем.

   II. Будем помнить, слушатели, что мы все единого естества, что мы братья о Господе, что любовь к ближним предписана нам законом Божиим, и, помня сие, украсим жизнь нашу любовью к ближним. Это украшение придаст величие нашей природе, обрадует наших ближних, будет в веселие ангелам и Самому Создателю нашему Богу. Аминь. (Составлено по Четьи Минеям и кн. «Слова и речи Иакова, архиеп. Новгородского и Арзамасского, ч. 3-я, изд. 4-е, 1853 г.).

Поучение 2-е. Преп. Елизавета чудотворица

(Против злословия)

   I. Преп. Елизавета, память коей совершается ныне, подвизалась в одной женской цареградской обители. Сюда еще в юных летах она отдана была родителями, в зрелом возрасте дала обет пожизненного девства и стала проводить строгую подвижническую жизнь в посте, трудах и молитвах. Она питалась только растениями, не вкушала хлеба, не употребляла масла и нередко по 40 дней не принимала пищи. И зимой и летом она носила одну одежду – грубую власяницу; тело ее коченело от холода, но огонь ревности о своем спасении и любви к Богу горел в ней ярким пламенем. Строгость и высота ее подвижнической жизни, растворяемые смирением и добротой, снискали ей общую любовь и уважение, и она скоро сделалась настоятельницей женской обители свв. Космы и Дамиана.

Конец ознакомительного фрагмента.

   Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

   Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

   Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.