А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я Ё
A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
0 1 2 3 4 5 6 7 8 9
Выберите необходимое действие:
Меню
Свернуть
Скачать книгу Культурология. Дайджест №1 / 2018

Культурология. Дайджест №1 / 2018

Язык: Русский
Год издания: 2018 год
1 2 3 4 5 6 >>

Читать онлайн «Культурология. Дайджест №1 / 2018»

      Культурология. Дайджест №1 / 2018
Ирина Львовна Галинская

Журнал «Культурология»Теория и история культуры #84
В статьях издания рассматриваются теоретические проблемы культурологии, история идей, новоевропейская генеалогия моралей, феномен синестезии в японской культуре, философские течения в русской поэзии, а также проблема древних цивилизаций в глобальном мире, антропология искусства.

В переводе фрагмента книги М. Анри «Я есмь истина. К философии христианства» (1996) рассматривается форма истины, которая описывает сферу христианства.

Культурология. Дайджест. № 1 / 2018

Космос культуры

Универсальный закон культуры

    В.И. Мильдон

Всему, что зрим, прообраз есть, основа есть вне нас,
Она бессмертна, а умрет лишь то, что видит глаз…

    Д. Руми

Аннотация. Развитие культуры рассматривается как имеющее направление – от первоначального химизма жизни до появления человека. Будучи порождением природы, он не принадлежит ей целиком и противится ее полной власти. Создание культуры – результат этого сопротивления.

Современное состояние гуманитарных наук – эволюционной биологии, философской антропологии, аналитической психологии, психиатрии – свидетельствует о том, что культура как отличительный признак человека, нового биологического типа, развивается в направлении его индивидуализации, выражающей проективную универсальность каждой личности.

Ключевые слова: органическое; универсальный закон; культура; индивидуализация; Европа; биология; направление; Россия.

Abstract. The author supposes that the development of culture has its own direction – from the original chemism of life to the appearance of man. Being the product of nature he does not belong entirely to her and opposes her full power. The creation of culture is the result of this resistance.

The current state of the humanities (evolutionary biology, philosophical anthropology, analytical psychology, psychiatry) evidences that culture as a distinctive feature of a person, a new biology type, develops in the direction of his individualization that expresses projective universality of every person.

Keywords: organic; universal law; culture; individualization; Europe; biology; direction; Russia.

Феномен культуры рассматривается в статье как вневременный: пластика древнего Египта «синхронна» Микеланджело и Генри Муру, разница лишь стилистическая.

Культура актуальна и будущему, и прошлому. Невозможен эстетический эксперимент, как воспринял бы античный грек, современник Софокла, симфонизм Бетховена. Но можно экспериментировать на себе: уживутся ли в нынешнем эстетическом восприятии античная трагедия V в. до н.э. и симфонизм О. Мессиана. Сошлюсь на собственный опыт: не только уживаются, но для меня они мои не потому, что я хочу защитить эту теорию.

Зависимость обратная: как раз потому, что я воспринимаю названные образцы своими, я пришел к мысли о современности культуры вне исторических, расовых, национальных и государственных (политических) границ. Эта современность – единственное условие универсальности культуры, объясняемое – мой главный довод – непрерывностью движения в некоем направлении без цели.

Именно это с давних пор утверждала биологическая наука. Аристотель писал: «Природа переходит так постепенно от предметов бездушных к животным, что в этой непрерывности остаются незаметными и границы… После рода предметов бездушных первым следует род растений. <…> Переход от них к животным непрерывен…» (1, с. 301–302).

После трудов Ж.Б. Ламарка, Э. Жоффруа Сент-Илера и Ч. Дарвина это представление уже не встречает основательных возражений. В частности, опровергнута гипотеза катастрофизма Ш. Кювье[1 - Под стать этой гипотезе «катастрофическая» теория культуры О. Шпенглера о замкнутых культурных типах с ограниченным сроком существования.], считавшего: в результате геологических переворотов погибли многие формы живого, обитавшие прежде, и всякий раз прерванная жизнь начиналась снова. Вот почему «исчезнувшие виды не суть разновидность живущих видов» (10, с. 143). (Жирный курсив в цитатах здесь и далее мой. – В. М.)

Жоффруа исходил из противоположного взгляда: «Углубленное изучение показывает, что существует своего рода общий план, который можно проследить на… протяжении всего ряда животных» (6, с. 321).

Подтверждение «общему плану» Жоффруа нашел, по его признанию, в законе всемирного тяготения Ньютона (6, с. 516): «…Я пришел к учению о единстве в физике и межпланетной астрономии. <…> Теория “притяжения своего своим” предлагает более широкую концепцию, нежели теория притяжения. Она включает в себя теорию Ньютона как частный случай ее приложения к астрономии; то же относится к учению о молекулярном притяжении в химии…» (6, c. 522).

«Астрономия» и «химия» в суждении Жоффруа появились не случайно, хотя, как это бывает, автор не предвидел последствий своей мысли. Один из современных космологов, исходя из наблюдений над веществом в мировых просторах, заметил:«Вся история науки была постепенным осознанием того, что события не происходят произвольным образом, а отражают определенный скрытый порядок…» (27, с. 172).

Идея «порядка» неоднократно подтверждалась.

В 1820 г. ее высказал Ж.Б. Ламарк в «Аналитической системе положительных знаний человека»:

«…Природа могла создать все существующие тела лишь постепенно и поэтому вынуждена была следовать постоянному порядку…» (11, с. 407). А в «Естественной истории беспозвоночных животных» (1815), рассуждая о плане «действий природы при создании животных», определил этот план как «непрерывное усложнение организации у различных известных нам животных» (11, с. 113).

«…В 1864 г. А.М. Бутлеров открыл реакцию синтеза углеводов из формальдегида. Вскоре химики научились получать и многие другие органические вещества из неорганических. Стало ясно, что между живой и неживой материей на химическом уровне нет непреодолимых граней[2 - В сущности, повторение мысли Аристотеля: «В этой непрерывности остаются незаметными и границы».]<…> что жизнь могла появиться постепенно в результате долгой химической эволюции <…> что жизнь действительно возникла естественным путем из неживой материи» (13, с. 49, 494. Курсив автора).

За 600 лет до Ламарка и Бутлерова похожую догадку высказал персидский поэт Д. Руми:

А как же мы и наша суть? Едва лишь в мир придем,

По лестнице метаморфоз свершаем наш подъем[3 - В этих словах предугадана будущая теория Ламарка о лестнице живых существ – от инфузорий до млекопитающих.].
Ты из эфира камнем стал, ты стал травой потом,
Потом животным – тайна тайн в чередованье том!
И вот теперь ты человек… (8, с. 182).

Поэт, говоря метафорически, догадался о постоянном порядке и непрерывном усложнении материала природы и о возможности получения органических веществ из неорганических, хотя выяснилось это лишь после открытий Ламарка и Бутлерова.

Ну а наблюдение Юнга?

«…Есть ли… смысл в поисках определенного исторического первоначала в определенном месте и в определенное время, если это начало обнаружило себя как безусловное первоначало?» (30, с. 27).

Эту часть книги «Душа и миф» – «Введение в сущность мифологии» – Юнг написал вместе с венгерским мифологом К. Кереньи, цитирую его слова:

«Он [Юнг. – В. М.] находит в четверице свойство того “центра” целостности человека, который он рассматривает как результат индивидуации и называет “самостью “. <…> Из-за возможных вариаций чисел он отвергает идею четырех небесных четвертей, но с необходимыми оговорками допускает существование космического происхождения совсем иного рода: по его словам, он видит странный lusus naturae[4 - Lusus naturae – игра, шутка природыОтклонение от нормального типа – лат.] в том, что основным химическим составляющим физического организма является углерод, который обладает валентностью четыре. Более того, продолжает он, алмаз – в восточных текстах символ законченной индивидуации…– представляет собой, как мы знаем, кристаллизированный углерод. Если это нечто большее, чем просто “шутка природы”, то, как подчеркивал Юнг, поскольку феномен четверицы является не просто изобретением сознательного разума, но “спонтанным продуктом объективной души”, фундаментальная тема мифологии может быть понята только в соотнесении с неорганическим в человеке» (30, с. 29–30).

Мало поводов предполагать, что Юнг и Кереньи были знакомы с открытием Бутлерова. Подобное совпадение вместе с поэтическими интуициями свидетельствует о «скрытом порядке» С. Хокинга, «общем плане» Жоффруа, «лестнице метаморфоз» Руми и, конечно, «лестнице» Ламарка, открытие которой современный ученый сравнил с революцией, «произведенной Коперником в астрономии» (2, с. 392).

Если так, то «порядок», «план», «лестница» подтверждают наличие направления: от неорганического к органическому и к человеку. По этой единственной (отбросив незначительные оговорки) причине непрерывно и развитие культуры, тоже имеющее направление и тоже не зависящее – по своему содержанию – ни от времени, ни от географического места, ни от расы, коль скоро вписывается в представление о едином плане и порядке.

Об этих «плане и порядке» Дарвин заметил:

«Истинное сродство органических существ, в отличие от их сходств, вызываемых одинаковыми приспособлениями, обязано… наследственности и единству происхождения (4, с. 559–560).

Общеприродная закономерность выразилась и в духовной деятельности человека, свойственной его природе и отличающей его от остальных обитателей Вселенной:

«…В так называемых Книгах Гермеса о священных именах говорится, что энергию, связанную с вращением солнца, египтяне называют Гором, а эллины – Аполлоном; энергию же, связанную с ветром, одни называют Осирисом, другие – Сараписом, третьи по-египетски – Софис. А Софис означает “беременность” (киэсис) или “быть беременной” (киэйн). Поэтому вследствие ошибки в словах по-гречески Псом (кион) называется то созвездие, которое считают уделом Исиды. Итак, менее всего стоит препираться из-за имен; однако я скорее уступлю египтянам имя Сараписа, чем Осириса, ибо первое из них – чужеземное, второе – греческое, и я считаю, что оба они принадлежат одному богу и одной энергии» (19, c. 71).

Одна энергия и единство происхождения – принципы культуры, восходящей, если пропустить все промежуточные фазы, к праначалу самой жизни, которое современные эволюционисты именуют LUCA (Last Universal Common Ancestor – последний универсальный общий предок).

Не исключено, М. Фичино, один из флорентийских неоплатоников XV в., высказал родственную мысль, и не обязательно под влиянием Плутарха:

«…Над всем множеством сложных вещей должно находиться простое по природе Единое…» (23, с. 211).

Сотрудник Фичино по Флорентийской академии, Пико делла Мирандола, утверждал: «…Человек есть посредник между всеми созданиями, близкий к высшим и господин над низшими, истолкователь природы в силу проницательности ума, ясности мышления и пытливости интеллекта, промежуток между неизменной вечностью и текущим временем…» (18, с. 248).

Человек потому посредничает, что содержит не только предшествующие материальные формы, как о том писал Дарвин, но и «одну энергию» Плутарха, «единое» Фичино и «общего предка» современных биологов-эволюционистов:

«Вопрос о происхождении жизни по природе своей не может быть только биологическим, поскольку до того, как возникла жизнь… существовала “предбиологическая” химия, которая должна рассматриваться с точек зрения химии, геохимии и геофизики» (9, c. 395–396).

Ученый прав: это вопрос не только биологический, но, прибавлю, общегуманитарный, и, ответив на него, получим ответ о направлении культуры, восходящей к универсальному общему предку, которым (как частный случай) объяснимо уже аксиоматическое родство сюжетных схем известных ныне мифологий: «…Мы встречаем одни и те же мифические и сказочные мотивы во всех углах земного простора, так что негр южноамериканских штатов воспроизводит в своих сновидениях мотивы греческой мифологии, а торговый ученик из швейцарцев повторяет в своем психозе видение египетского гностика» (31, с. 666).

И не только «мифические мотивы», но и знаки. Одна из учениц Юнга открыла универсальность графической символики, распространенной по всей земле, в частности, символики круга в искусстве Востока и ? независимо от Востока – в христианском искусстве (розетки над входом в готические соборы и в окнах; нимбы святых). Находят круг в наскальных изображениях неолита (еще до изобретения колеса) (24, с. 313–314).

В параллель один пример: «Включая… эти цвета, я вновь произвел наблюдения, чтобы… сравнить, будут ли части изображения, занимаемые цветами, пропорциональными струне, разделенной так, чтобы каждая ступень отвечала октаве?» (16, с. 216).

Речь идет о явлении, которое спустя столетия А.Н. Скрябин назвал «цветомузыкой». Я не нашел подтверждений интереса композитора к сочинениям Ньютона и предполагаю, что идея пришла на ум Скрябину без английской подсказки.

Свидетельством справедливости вышеприведенных суждений считаю книгу П. Дейссена «Веданта и Платон в свете Кантовой философии» (см.: 5). Немецкий философ открыл совпадающие интеллектуальные мотивы в трех независимых традициях: Древней Индии, Греции и Германии, хотя европейцы тех времен не были знакомы с Ведантой.

И еще: «Для Фичино Платон одновременно и “Моисей, говорящий на аттическом греческом языке”, и наследник мудрости Орфея, Гермеса Трисмегиста, Зороастра и мудрецов Древнего Египта» (17, с. 161).

Следовательно: человечество едино по происхождению (универсальный предок) и направлению развития до усложнения исходной организации, иначе необъяснимы названные совпадения, поэтому разницу расовую и национальную можно отнести к разнице «физиологических стилей», не затрагивающей фундаментального родства (единства).

Гёте в разговоре с Эккерманом (запись от 31 января 1827 г.) высказал теперь широко известную мысль: «Сейчас мы вступаем в эпоху мировой литературы, и каждый должен теперь содействовать тому, чтобы ускорить появление этой эпохи» (29, с. 211).

В письме к С. Буассере (от 12 октября 1827 г.) он пояснил: «…То, что я именую всемирной литературой, возникает по преимуществу тогда, когда отличительные признаки одной нации будут выравнены через посредство ознакомления их с другими народами и суждения о них» (цит. по: 14, с. 668).

О том же в письме к Т. Карлейлю (от 8 августа 1828 г.): «Очевидно, что устремления лучших поэтов и писателей всех наций <…> направлены ко всеобщечеловеческому. Во всем особенном, историческом, мифологическом, сказочном <…> все больше будет просвечивать это всеобщее» (цит. по: там же).

1 2 3 4 5 6 >>